Сатьяпракаш Агарвал - Робинзоны из Бомбея

Дети изумленно переглянулись и сразу же плотнее сгрудились вокруг приемника. Сбежались даже те, кто никогда близко не подходил к транзистору, предпочитая отлеживаться в сторонке.

Из-за черной металлической сетки приемника прозвучал мужской голос: говорил отец Вишну.

«Дорогой сын мой Вишну и ты, дорогая дочка наша Судха! — неслось из приемника, — Мы не знаем, где вы сейчас, но надеемся, что вы слышите нас. Ведь у вас есть транзисторный приемник, тот самый, который я подарил Вишну в день рождения. С тех пор как вы уехали, все наши мысли только о вас. Особенно убивается мама. Я торжественно обещаю десять тысяч рупий тому, кто вернет мне моих дорогих крошек… А пока спокойной ночи!»

Потом на своем родном языке — гуджарати обращался к пропавшему сыну отец Рустама, на маратхи говорил отец Васанта, потом снова звучал гуджарати: это для Касима и Хусны произнес несколько утешающих фраз их отец; отец Гопала обратился к сыну на панджаби, отец Джаму — на бхили, а отец маленькой Мери говорил на чистейшем английском. В их голосах звучала, тревога за судьбу своих пропавших без вести детей…

Наступила минутная пауза. Потом диктор, к кому-то обращаясь, мягко сказал:

«Господин Ганпат Павар, вы тоже можете сказать несколько слов своему сыну. Микрофон перед вами».

Послышался натужный кашель и глухой, с хрипотцой голос отца Сону:

«Дорогой сынок, где ты и каково тебе сейчас? Судьба отняла у меня многое, я почти ничего не вижу — это ты, Сону, знаешь… Но у меня, сынок, есть душа, и где бы ты ни был, я слышу тебя лучше всякого радио. Слышишь ли ты меня? Я верю, сынок, что ты очень скоро будешь рядом со мною… И еще я хотел сказать тебе, сынок: как бы трудно ни было, не теряй головы. Смелость — она не только города берет!»

Едва заслышав голос своего отца — худого и морщинистого Ганпата Павара, Сону неожиданно расплакался. Когда Ганпат Павар закончил, наступила пауза, которую прервал голос диктора; он обращался к ним так, будто они были не за сотни миль, а находились совсем рядом:

«Специальное сообщение для пропавших детей! Специальное сообщение для пропавших детей!.. Где бы вы ни находились, не теряйте надежды! Не теряйте надежды! Поиски продолжаются! Предпринимается все возможное, чтобы отыскать и спасти вас!»

Приемник умолк. Глаза у всех светились радостью и надеждой, потом хижина огласилась криками восторга: все бросились обниматься. В эту ночь дети впервые уснули с твердой надеждой, что час избавления недалек…

После сообщения, принесенного радио, островитяне уже не могли работать с прежним рвением. Они то и дело смотрели в небо, отыскивая отправленный на их поиски самолет, либо подолгу вглядывались в голубую морскую даль, ожидая появления долгожданного судна-спасителя: неприветливый, пустынный остров, к которому они уже успели привязаться, теперь казался им еще более неприветливым и пустынным. Но вот прошло дней двадцать. Не было ни самолета в небе, ни судна в море, и, снова потеряв надежду, ребята принялись за дела с прежним рвением. Однако, чтоб застраховать себя от случайностей, они каждый вечер взбирались на самую высокую башню замка и, втащив туда несколько охапок сучьев и веток, разжигали большой костер: костер, который всю ночь горит на пустынном острове,— верный признак того, что здесь живут люди. И может быть, завидев огонь, те, кто занят их поисками, обратят наконец внимание на крохотный клочок суши, затерянный в бескрайнем океане. Костер на башне разжигали по очереди: один вечер — мальчики, другой вечер — девочки. Днем заготавливали дрова, ночью жгли костер.

Однажды вечером, когда солнце уже скатилось за край горизонта, на дежурство заступили девочки: Судха, Джамна — мисс Ботаника и Хусна. Им предстояло пробраться через развалины замка, влезть на башню и разжечь костер. Взвалив на голову охапки хвороста, девочки тронулись в путь. С ними увязалась собачонка Сону; виляя хвостом, она бежала впереди, открывая шествие. Мальчики еще не все вернулись из леса, девочки — те, что были свободны от дежурства, — готовили ужин. Сидя у входа в хижину, Джаму, Гопал и Васант из крепких волокон вязали сеть, чтобы завтра отправиться на рыбную ловлю.

Неожиданно из развалин крепости донесся заливистый лай собачонки и испуганные крики девочек. Джаму, Васант и Гопал, не раздумывая, бросились к замку. Взбежав наверх по старым, полуразвалившимся ступеням, они уже осторожнее двинулись туда, откуда слышались крики и плач.