Зизу Кордер - Львиный мальчик

Мальчик принялся набирать номер ресторана, но там все время было занято. Чарли наделся, что ему не придется снова расспрашивать Джулиуса о забегаловках Парижа. Такие расспросы выглядели бы уж совсем подозрительно.

К тому времени, как мальчик наконец лег спать, он сделал кучу дел. Во-первых, отправил два сообщение. Одно — Мэйбл, второе — Маккомо. Еще Чарли умудрился заказать столик в ресторане, а также выяснил, с какого вокзала отходят поезда в Венецию. Вокзал оказался на удивление близко от площади Бастилии. Впрочем, этому можно было только порадоваться.

Сообщения Чарли отправил такие:

«Мэйбл, мы сто лет не виделись. Приходи в пятницу на представление. Потом встретимся «У Билли». С восхищением, Маккомо»,

— написал он прекрасной дрессировщице.

«Маккомо, сто лет не виделись. Приду в пятницу на представление. Встретимся после «У Билли». Мэйбл»

— такое письмо должен был получить чернокожий укротитель.

Чарли надеялся, что все просчитал правильно. Кто же знает, что там эти взрослые друг другу пишут? Мальчик видел пару раз подобные приглашения, но не помнил, что точно там было написано. Ну и ладно. Варианта два: либо получится, либо нет. Если нет, придется еще что-нибудь придумывать. Не хотелось бы…

Следующее утро выдалось дождливым. Над водой повисло белое полотнище тумана, на разноцветных лампочках осели прозрачные капельки. Чарли тренировался вместе с акробатами на залитой ярким светом палубе. Раньше он никогда не видел, чтобы освещение включали так — все разом. Корабль сверкал призрачным огнем, словно легендарный «Летучий голландец». Мальчик и сам ощущал себя призраком — свободным, легким, парящим над алой палубой.

— Что скажешь, львиный мальчик? — поинтересовался майор Тибодэ, возникший из тумана — совсем как капитан пиратского корабля.

— Потрясающе, сэр! — выдохнул Чарли. — Потрясающе!

Мальчик снова встал на ноги. До этого он разговаривал с майором, стоя вниз головой. Признаться, Чарли было не по себе, когда Тибодэ заводил разговор о львах.

— Небось ждешь не дождешься парада вечером?

— Да, сэр, — согласился Чарли.

— И завтрашнего представления? — продолжал майор.

— Да, сэр.

— Уже знаешь, что тебе придется делать?

— Да, сэр. И, поверьте, я этого жду с нетерпением.

— Очень рад это слышать, очень рад, — пробормотал майор Тибодэ, задумчиво оглядывая палубу.

Чарли воспользовался моментом и ускользнул от всевидящего ока хозяина.

Мальчик и впрямь знал, что делать, — даже лучше, чем думал майор.

Чарли прекрасно помнил, как открыть дверь клетки, закрыть ее, выпустить львов на арену и проследить, чтобы они вернулись обратно. А еще он помнил, что после представления надо улизнуть с корабля и сесть на поезд до Венеции. Разумеется, вместе со львами.

— Интересно, где мы? — пробормотал Анеба.

Если бы у него был телефон! Ведь в корпус мобильника встроена крошечная поисковая система. Как бы она сейчас пригодилась! По крайней мере, он знал, что раньше они направлялись на юго-восток и плыли, кажется, довольно медленно. Анеба прислушался к своим ощущениям. Они плывут по какой-то реке во Франции. Если бы они находились в море, лодку бы качало сильнее.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Уиннер в вязаной шапочке.

— Наденьте это, — рявкнул он, протягивая пару каких-то гигантских носков.

— У меня не настолько большие ноги, — заметил Анеба.

Ему нравилось поддевать толстяка.

— Молчать! — заорал Уиннер. — Надеть! На голову!

Магдалина и Анеба натянули «носки» на голову. Женщина успела кинуть на мужа умоляющий взгляд.

«Пожалуйста. Давай сбежим отсюда!» — говорили ее глаза.

Анеба с сожалением покачал головой. На них навалилась темнота. Толстая ткань пахла затхлой сыростью, стало трудно дышать. Уиннер связал пленникам руки и вытолкал за дверь.

Десять шагов, еще пять… Вверх по лестнице… В лицо ударил свежий прохладный воздух. Они на улице!

Толстяк обо что-то споткнулся и грязно выругался.

О ноги Магдалины потерлось нечто мягкое и пушистое.

— Мяу!

Уиннер снова разразился проклятьями.

Пушистый мех ткнулся женщине прямо в ладонь.

Мама Чарли наконец сообразила, что делать. Она ощупала теплый комок. Так, хвост… Это не то. Ага! Голова. Шея…. Пушистая манишка…. Клочок бумаги! Есть! Есть!

— Спасибо, — прошептала Магдалина.

Кошка понимающе мяукнула и куда-то исчезла.

Женщина вцепилась в спасительный обрывок бумаги — так, словно это была не записка от сына, а Чарли собственной персоной.