Зизу Кордер - Львиный мальчик

— Где хранится ключ? — спросил Чарли.

— Там! — Молодой лев кивнул куда-то в сторону.

Ключ свисал с крюка в стене. Проще простого.

— Так, с этим разобрались… — прошептал мальчик. — Еще надо решить, куда мы пойдем, — добавил он вслух.

Честно говоря, кое-какие решения Чарли уже принял. После побега нельзя оставаться в непосредственной близости от цирка, так их быстро поймают. Если не появится никаких известий о родителях, придется сразу ехать в Венецию.

В голове мальчика звенел напряженный, озлобленный голос Рафи. «Оставайся там, где ты есть и жди. Я приду. За тобой. И очень скоро», — говорил этот голос.

Чарли пытался внушить себе, что Сэдлер понятия не имеет, где находится маленький беглец. Ну не мог он выяснить! Никак! Хотя… Кто знает…

«Решай проблемы по мере их поступления», — твердо сказал себе мальчик.

Очень скоро он окажется на улицах Парижа с шестью львами под боком. Надо определяться с конкретным планом действий, а не пускаться в абстрактные рассуждения.

— У меня есть идея, малыш, — подал голос вожак. — Пойди-ка сделай пару звонков.

— Хорошо, сэр, — согласился Чарли. — Кстати, кто-нибудь знает, кто такие аллерджины?

Львы непонимающе уставились на своего маленького друга.

— Нет! — ответили они хором. — А кто это?

Неуклюже скорчившись в тесном катере, Магдалина перешептывалась с мужем.

— Думаю, стоит попробовать сбежать, — бормотала она. — Согласна, на подлодке мы не могли ничего предпринять, но теперь… Когда нас опять высадят, стоит попросту сбить их с ног и удрать. Так больше нельзя. Не знаю, как ты, а я уже не могу. Чарли где-то там, один. Мы нужны ему. Мой сын в опасности! Я тут скоро с ума сойду! Надо что-нибудь предпринять! Ну, хоть попробовать!

Анеба сидел на корточках рядом с женой. На катере было теплее, чем на подлодке, но едва ли удобнее. Встать в полный рост супруги не могли. Их бросили на груду мешков с чем-то вроде риса.

— Если мы сбежим, — терпеливо завел мужчина в сотый раз, — даже если все получится, мы уже никогда не узнаем, кто нас похитил. Как еще нам выяснить, чего добиваются заказчики похищения? Домой мы вернуться не можем — там нас будут искать в первую очередь. А могут найти Чарли, об этом ты подумала? Где мы будем в безопасности? Да нигде! То-то и оно! Надо остаться и выяснить, что к чему. Предположим, что нас выкрали из-за лекарства от астмы, так?

— Да… — безнадежно согласилась Магдалина.

— Кому оно нужно? Кому нужны мы? Кто нас боится?

— Или считает очень важными персонами? — добавила женщина. — Я понимаю, милый. И все же…

Магдалина была хорошей матерью, и в этот момент она думала только о сыне.

— Знаю, — заверил ее Анеба. — Поверь, сейчас Чарли не будет в большей безопасности, чем мы. Надо все выяснить, только так можно отвести угрозу. Необходимо познакомиться с нашим врагом, понять его и — победить.

— Победить… — печально повторила женщина. — Хорошо бы…

Катер резко остановился, на головы супругов посыпались картонные коробки. Магдалина громко вскрикнула.

— А ну, молчать! — раздался снаружи сердитый голос Уиннера.

Кажется, катер причаливал.

Чарли был рад услышать, что у старого льва есть идеи. В то же время мама с папой постоянно учили его: «Если нет стоящих идей, раздобудь побольше сведений».

Мальчик решил последовать совету родителей. Он отправился к Сигизмондо Лючиди. Уж он-то наверняка знает, что их ждет по приезде в Париж.

Лючиди лежал на животе в коридоре и блаженно щурился. По спине отца разгуливал его младший сын, Беппе.

— Ничего себе! — не удержался Чарли. — Это тоже входит в представление?

— Нет! — простонал акробат. — Надеюсь, что нет. Я потянул спину, а если не смогу удержать тукул по меньшей мере двадцать секунд, то надо мной будет смеяться весь Париж.

— Что такое тукул? — спросил мальчик.

— Одна из самых трудных пирамид, — натужно отозвался Сиги. — Все становятся на меня: четыре человека — на ноги, пять — на плечи и один — на голову. Даже на голову!

— Ничего себе… — повторил Чарли. — Удержать десять человек! Ну и силища тут нужна! Скажите, что будет, когда мы приедем в Париж? — наконец спросил он.

— Завтра утром мы войдем в канал Сен-Дени и уже через несколько часов пришвартуемся возле площади Бастилии, — ответил Сигизмондо, постанывая от удовольствия. — Очень удобно: канал подходит прямо к реке. Потом подготовим все к представлению. На следующий день выступим и отпразднуем удачное, не сомневаюсь, выступление. В Париже задержимся недели на три, затем вернемся к обычной жизни: выйдем в Средиземное море, дадим несколько представлений в Италии, минуем Рим и Неаполь, доберемся до Северной Африки и там перезимуем. Весной, скорее всего, поплывем в Испанию, а потом… Кто знает? Можно снова в Англию… Куда угодно. По крайней мере, куда угодно майору.