Вильям Козлов - Маленький стрелок из лука

- Она у вас бывает, - проигнорировав его замечание, все тем же тоном продолжал Недреманное Око. Представиться он позабыл, а может быть, посчитал, что "отец Евы Кругликовой" вполне достаточно.

- А почему бы ей не бывать у меня? - спросил Кирилл.

- Я отец Евы, - снова внушительно напомнил он. - Я должен знать, с кем она встречается. Где она?

- Представления не имею, - ответил Кирилл.

- Когда вы ее последний раз видели?

- Неделю тому назад... Или нет, пожалуй, пять дней.

- Вторые сутки ее нет дома, - продолжал Недреманное Око. - Я ума не приложу, где она может быть? Вы поймите наше с женой беспокойство, мало ли чего могло произойти? Мы ездим по городу, звоним по телефонам ее знакомым...

- Я вам ничем не могу помочь... - Кирилл вопросительно взглянул на него.

- Сергей Петрович, - подсказал он.

- Ума не могу приложить, Сергей Петрович, где она может скрываться, - сказал Кирилл.

- Извините, что так поздно вас побеспокоил, - затоптался тот, хмуря лоб. - Если она позвонит вам, сообщите, пожалуйста.

Он ушел. Кирилл слышал, как под окном фыркнул мотор, но отодвинуть занавеску в кухне и взглянуть не решился. Где же все-таки, черт побери, прячется Ева от своих дорогих родителей?..

Больше не работалось. Он сидел за письменным столом, смотрел на лист бумаги, но мысли уплывали в сторону... Последнюю неделю он был очень загружен, сдавал в производство альманах, исправлял замечания корректоров, часто ездил в типографию. Может, Ева и звонила, но его не застала на месте. Вечерами подолгу засиживался на работе, брал рукописи и домой. Раза два-три отключал телефон, чтобы успеть вычитать материал перед засылкой в набор. Сам он Еве не звонил. И потом они договаривались, что она позвонит.

Не встречались они с тех пор, как он ее увидел на Садовой с парнем в лайковом пиджаке. Она тогда прошла мимо него, далекая и чужая... Не с этим ли парнем она махнула куда-нибудь? От нее все можно ожидать. В этом Кирилл уже успел не раз убедиться. Если Еве что-либо захочется, она ни с чем не посчитается и поступит по-своему. Однажды они договорились на машине поехать за город. Эта была ее идея. Кирилл в тот день не смог. Ева не стала его упрекать, повесила трубку, а через несколько дней между прочим сообщила, что с одним знакомым была в Зеленогорске, там они пообедали в ресторане, потанцевали и вообще прекрасно провели время. Рассказывала обо всем и без намека задеть Кирилла, сделать ему больно, просто у нее было настроение покататься на машине, отдохнуть, в городе так все надоело, и вот она покаталась и отдохнула... И опять в ее тоне Кирилл не почувствовал упрека или сожаления. Главное, Еве этого захотелось, а с кем она поехала и куда, это уже не имеет никакого значения.

Чем больше Кирилл узнавал девушку, тем меньше ее понимал. У нее были какие-то свои правила в жизни, и только ими она руководствовалась. Причем эти правила очень сильно отличались от общепринятых, что, очевидно, весьма беспокоило ее родителей. Особенно Недреманное Око. Конечно, тот перебарщивал. Подобная опека вызывает обратный результат: Ева ожесточается и в результате всегда поступает так, как ей захочется. И если другая на ее месте стала бы потом раскаиваться и искупать свои грехи, Ева же никогда этого не делала, потому что не считала себя в чем-либо виноватой. Наоборот, искренне удивлялась: чего же от нее хотят?

Бывали моменты, когда Кирилл говорил себе, что надо все это кончать. Ничего путного из его знакомства с девушкой не получится. Замуж за него она не собирается, о чем честно ему заявила, да и он, признаться, теперь не представляет ее в роли верной супруги. Дав себе слово перестать встречаться с Евой, Кирилл старался не думать о ней, не звонить, в такие моменты он и телефон отключал, но проходили дни, и начинал ощущать какое-то странное беспокойство, будто жизнь его стала беднее, работа уже не так, как прежде, захватывала его, он ждал чего-то, прислушивался - Ева иногда приходила к нему без телефонного звонка, - и тогда больше не надо было себя обманывать: он тосковал и ждал Еву. И как-то так получалось, что она сама появлялась, не вынуждая его предпринимать какие-то шаги, чтобы найти ее. Все его сомнения сразу куда-то улетучивались, жизнь снова казалась прекрасной, а Ева - именно той единственной, которая ему нужна. И сама мысль, что он хотел порвать с ней, казалась дикой, нелепой. Проводив ее домой или в университет - Ева могла появиться и до занятий, - он начинал строить воздушные замки: воображая, как они будут жить вместе, многие девушки, вступая в брак, ничего не умеют делать, а потом сама жизнь всему их научит... Он, Кирилл, займется ее воспитанием. Тактично, тонко привьет ей свои вкусы, потом родится ребенок... А материнство неузнаваемо меняет женщину...