— Месиво? Вы боитесь, что на ваших ботинках появится пара грязных пятнышек, мистер Уэйтман?
Вызвать у Эмили хотя бы такую реакцию уже достижение.
— Грязь? Нет, я просто имею в виду, что все эти неровности бессистемны. Посмотрите на этот холм: с одной стороны — предлинное плечо склона, а вон там маленький оборванный пучок деревьев и то, что я чувствую себя обязанным назвать дерновиной, хотя и не помню, чтобы когда-нибудь употреблял такое варварское слово. Ну а по другую сторону — еще один холм. Все это нужно как-то перестроить, свернуть и сжать — скажем, до размеров садового участка. Тогда вы смогли бы получать всю свою вдохновляющую холмистость в одной дозе, без лишних проблем и не изнуряя себя.
— То, что вы предлагаете, всего лишь одомашнивание.
— Точно. Я бы все небо замостил крышей, если бы мог. — Уильям наблюдает за реакцией Эмили. — Думаю, вы слишком серьезно ко всему относитесь, мисс Эмили.
Она почти улыбается ему.
— Ко всему, кроме вас, мистер Уэйтман.
Мистер Гринвуд, продавец канцелярских товаров, говорит мистеру Эндрю, хирургу, — вероятно, единственному в округе человеку, который может понять, — что новый викарий похож на священника из романов мисс Остин [50] Остин Джейн (1775–1817), английская писательница, выдающийся стилист. ( Примеч. ред. )
. Безусловно, он кажется гостем из более теплого, более мягкого мира, мира открывающихся возможностей, ясных видов, новых ярких огней, хотя сам он родом с севера.
— Эпплбай в графстве Уэстморленд. Там очень мило, когда не дождит, то есть в июньский вторник в удачный год. А еще у нас есть немножко нормандского замка, полезная в хозяйстве штука. Его построил барон Ранульф, которого знали как le mesquin [51] Mesquin — мелочный, скаредный, ничтожный ( фр .).
. Мисс Бронте, ваши великолепные познания французского обеспечат перевод.
— Хотела бы я быть великолепной… это не «скряга»?
— Именно. Ранульф Скряга. Под каким чудесным именем он остался в веках! Интересно представить какого-нибудь более сносного младшего брата барона, которого называли, скажем, Ролло Слегка Противный.
К тому же он удивительно хорош собой, мистер Уэйтман: точеные черты, темно-синие глаза, цвет лица, какому позавидовала бы любая женщина. Возможно, именно поэтому Шарлотта неосознанно обращается к нему в мыслях как к Силии Амелии, ибо кажется абсурдным, что мужчина обладает таким шармом и красотой. А может, это еще и напоминание самой себе: держи дистанцию.
Ах, он льстец, она знает это. Он даже тетушку усмирил и заставил жеманно улыбаться; а когда в гости приезжает Элен, он пускает в ход весь арсенал. Проблема в том, что его нельзя обвинить в голой и пустой неискренности. Когда Уильям хвалит рисунки Шарлотты, он не останавливается на этом: он горит желанием, чтобы Шарлотта изобразила его самого.
— Предупреждаю, позировать для своего портрета — скучное занятие; и десять к одному, что по завершении работы натурщик воскликнет: «Ах, вовсе не похоже!» — а затем наградит таким взглядом, будто ты попусту отнял у него время.
Однако мистер Уэйтман говорит, что готов рискнуть. Он предъявляет себя в университетской мантии и нарушает неподвижность изящного профиля, время от времени устремляя на Шарлотту опушенный длинными ресницами глаз.
— Вы обманули меня, мисс Бронте. Вы говорили, что это скучное занятие. А я вместо этого наслаждаюсь возможностью отдохнуть, предаться размышлениям и философствованию, тогда как к моей внешности прикованы ясные усердные очи обворожительной молодой женщины. Просто-таки ступенька к воротам рая.
— Только вот шея затекает.
Он смеется.
— Теперь я могу не бояться, что полет фантазии унесет меня слишком далеко. Вы всегда вернете меня на землю одним точным выстрелом.
— О, я не такая уж противница полетов фантазии, мистер Уэйтман, — говорит Шарлотта, ощущая в груди укол какой-то удушливой эмоции.
— Знаю. Что такое, что означает этот взгляд? Я по-своему люблю наблюдать за характерами. Судите сами: ни вы, ни ваши сестры никогда не показывали мне, краснея, книги с каландрированными листами [52] Каландрированная бумага — бумага с высокой степенью гладкости, пропущенная во время производства через большое количество валиков, выглаживающих поверхность.
, гордо озаглавленной «Изящные цитаты», с отрывками из произведений Аддисона и Купера [53] Аддисон Джозеф (1672–1719), публицист, драматург, политик и поэт, который стоял у истоков английского Просвещения; Купер Уильям (1731–1800), английский поэт-сентименталист.
, выписанными от руки с росчерками, завитушками и виньетками, изображающими леди с осиными талиями и джентльменов, которые собираются венчаться в церквях размером с будку часового. Но подобного рода вещи принимают за проявление богатого воображения только в среде молоденьких леди. Ваши вкусы гораздо более зрелые и серьезные. Если бы я не боялся показаться неучтивым, настаивал бы даже, что слишком серьезные.
Читать дальше