Луиза Олкотт - Старомодная девушка [litres]

– Ой, расскажи скорее про приключения, – попросила Мод.

– Ну, началось с того, что мы забыли мой плющ и Китти пришлось нестись с ним в руках за повозкой. Только мы двинулись дальше – раздался истошный вопль моего брата Уилла. Он летел к нам по косогору во весь дух – в одной руке подушка, в другой тыквенный пирог. Как мы хохотали, когда он добежал до нас и рассказал, в чем дело. Оказывается, пирог и подушку, набитую хмелем, принесла наша соседка, старушка миссис Додд. По ее мнению, такая подушка – лучшее средство от головной боли, а пирог – необходимый атрибут для начала самостоятельной жизни. Бедняжка очень расстроилась из-за того, что не успела меня застать. Уилл пообещал ей бежать за мной до самого Бостона, чтобы доставить эти подарки.

Подушку я кое-как запихала среди вещей, но пирог нипочем не желал вести себя смирно. Он лежал у меня на коленях, потом нечаянно упал на дно повозки, а когда я подняла его и положила на сундук, он едва не вылетел на дорогу, так что пришлось устроить его в моей качалке. И такой, знаете ли, оказался замечательный пирог, что даже не лопнул и не помялся. Мы съели его на обед, на этом наши мучения с ним кончились.

Только я вздохнула спокойно, как удрала моя кошечка. Пришлось мне бежать за ней через ручей. Мистер Браун едва не лопнул от смеха. Ладно. Поехали дальше. На спуске с крутого холма нам на головы свалились книжные полки. Кое-как водрузили их на место. Вновь тронулись в путь. На подъеме, возле самого города, из повозки выпала качалка. Хорошо, что какой-то мальчишка, увидев это, принялся свистеть и орать нам вслед, иначе мы этого бы не заметили. Вот видите, как весело я к вам ехала, – Полли обвела лукавым взглядом присутствующих.

Мистер Шоу, откинув голову, от души хохотал. Остальные вторили ему на все голоса, и это доставило Полли большую радость. Ведь она рассказала о дорожных перипетиях просто для того, чтобы приободрить собеседников, ибо их мрачное настроение сразу бросилось ей в глаза.

– О, Полли! Ты так интересно рассказываешь, – Мод вытерла выступившие от смеха слезы.

– Жаль, я вчера не встретил тебя в городе, – сказал Том. – Наверняка отменное было зрелище! Я бы тебя поприветствовал троекратным «гип-гип-ура».

– Не поприветствовал бы, – недоверчиво, как в детстве, покачала головой Полли. – Ты при моем приближении юркнул бы куда-нибудь за угол или вообще сделал вид, что меня не видишь.

– Ну, Полли, не передергивай, – буркнул он, хотя в глубине души порадовался, что она по-прежнему обращается с ним по-свойски.

– Да ты бы точно так поступил, – сказала девушка и повернулась к Мод: – Приходи обязательно на моих зверей посмотреть. Это кошка и канарейка. Живут дружно, прямо как брат с сестрой.

– Не слишком удачное ты привела сравнение для большой дружбы, – проворчал Том, обиженный, что Полли не обращает на него особенного внимания.

– Ну, Полли судит по себе, а ее братья хорошо относятся к сестрам, – ехидно заметила Фан.

– Вы упустили из вида, мэм, что Полли тоже прекрасно относится к своим братьям, – отбил выпад Том.

– А я вам говорила, что Уилл собирается в колледж? – торопливо сказала гостья, пресекая ссору.

– Надеюсь, ему там понравится, – со скучающим видом студента-младшекурсника сказал Том.

– Думаю, да, – Полли не оценила иронии. – Он любит учиться, все время совершенствуется. Только бы не перенапрягся, как это свойственно мальчикам, а то вдруг здоровье не выдержит.

То́му осталось лишь хмыкнуть, увидев, как наивно Полли верит в то, что все без исключения студенты колледжей фанатично поглощают знания.

– Да ты не беспокойся, – бросил он с высоты своего богатого опыта. – Я прослежу, чтобы он не переусердствовал, – и глаза его заблестели совершенно так же, как в мальчишеские годы, когда он замышлял очередную проделку.

– По слухам, которые до меня доходили, из тебя получится плохой наставник, – Полли смерила его таким взглядом, что Том нахохлился, как сова, и напыщенно произнес:

– Наветы и клевета. Я надежен и точен, гордость своего курса и вообще образцовый молодой человек, не правда ли, мама? – он ласково провел ладонью по впалой щеке миссис Шоу, которую считал единственным верным другом в семье.

Сблизились они после смерти бабушки. Том общением с ней заполнял пустоту, которая образовалась в его душе после кончины мадам, а миссис Шоу нравилось, что он превратился из неуправляемого сорванца в элегантного молодого джентльмена.

– Да, дорогой, – подтвердила она. – Таким сыном, как ты, можно только гордиться.