Александр Вин - Игры для взрослых мальчиков

Глеб отшатнулся, едва не упал, внезапно оглушенный.

Сквозь кровь, серый жир и кишки, размазавшиеся по его правой щеке и глазам, было почти ничего не видно.

— А…

— Тащи какую-нибудь тряпку! Мокрую! Быстро! Никому там ни слова!

Сорвавшись с места, Бориска затопотал твердыми подошвами по железу корабельного трапа.

Низом майки Глеб немного протер глаза.

На корме отходящего МРТК стоял жилистый человек в маске, в черной кожаной жилетке и широких пиратских штанах. Одну руку в обрезанной перчатке он вытирал о брезент, лежащий на куче сетей, другую… Ребром другой он провел себе по горлу. И засмеялся.

Большая волна плеснулась между разновысокими бортами.

Отвернувшись друг от друга и, набирая ход, корабли окончательно расстались.

— Вот, мое полотенце и еще бинт, я его намочил!

Запыхавшись, Бориска тревожно вцепился в бортовые леера рядом с Глебом.

— Послушай, этого у наших артистов в сценарии не было, точно знаю! Я с Шацким подробно все обговорил, и потом еще раз проверял, читал. Это, наверно, его новенькие так балуются! Когда вернемся на берег, я обязательно разберусь!

— Я тоже.

Гадливое ощущение и тупой гул в голове мешались с горячим бешенством. Хотелось как-то догнать урода и бить, бить, бить…

— Принеси еще, пожалуйста, мою запасную майку. И поговори с командиром корабля насчет обеда. Пора уже, наши герои наверно сильно проголодались.

Скрипнув зубами, Глеб Никитин швырнул за борт бинт, полотенце и измазанную одежду.

«Ну, шалунишка Костик, мы с тобой еще обязательно встретимся…»

Остывающий ракетный катер привязали к портовому гражданскому берегу кормой, «на ход», с целью очередного возможно стремительного выхода в море на борьбу с хитрым и ловким противником.

Первым, сильно раскачивая парадный трап с парусиновыми обвесами, на долгожданную сушу бросился бегом Николас. За неширокой полосой бетонного пирса он упал на нежную зеленую травку и стал исступленно ее целовать, почти рыдая.

— Земля! О, любимая и спокойная моя земля!

Остальные, ничем особо не выказывая пережитого волнения, степенно, враскачку, сходили с корабля.

«И это правильно…»

По соседству, на ближнем причале, мирный народ грузился на паром.

Женщины, старики, школьная детвора, яркие отдыхающие приобретали в кассах билеты и готовились вскоре переправляться на другой берег залива. Заезжали по очереди на широкую палубу парома и автомобили, водителей которых негромко, в свое удовольствие и по порядку заезда, материл старенький причальный матрос. Для переговоров с неприличным регулировщиком капитан Глеб послал Бориску, заодно поручив ему оплатить общий коллективный проезд.

Ян постарался, все выполнил правильно. Их микроавтобус, «машина срочной технической и продовольственной помощи», как называл ее обычно Никифорыч, полностью загруженный и увязанный стоял неподалеку от причала, в тени высоких тополей.

Вот только самого парня нигде не было видно.

Глеб еще раз внимательно осмотрелся по сторонам, зашел в ближний магазинчик, походил по отделам. Удивительно, что Ян не встретил их.

«Дел с похоронами много. Наверно занят… Но ведь он и не позвонил мне. Странно».

На лобовом стекле микроавтобуса, с внутренней стороны, белела бумажка.

«Ключи в магазине, на кассе. Ян».

Толстенькая смешливая кассирша отдала Глебу ключ от машины без лишних вопросов.

— Только что он здесь был, забежал предупредить, буквально перед самым вашим приходом. Торопился очень паренек, расстроенный, в заботах весь, ведь надо же, такое на него свалилось… Отец-то его ведь такой хороший мужчина был, все его у нас знали. Работящий, непьющий, как же все так произошло, кто же это сделал-то…

До отправления оставалось около десяти минут.

— Я загоняю на паром машину, ты — личный состав.

Бориска кивнул.

Около их контингента столпились любопытные.

Народ, привыкший к ежедневным военным фигурам, смеялся, увидев линялую форму на толстых животах: «Партизан пригнали!» Два местных мужика, расположившиеся с пивом ближе всех, мельком расслышали незнакомую речь и принялись сурово спорить о том, кого, поляков или молдаван, стали по контракту набирать на российский флот с нынешней весны.

— Да, пожилые они все, наверно, точно контрактники. Интересно, сколько же сейчас молдаванам у нас по контракту-то платят?..

— Опять на воде качаться?!

Сжимая в молитве у лица чудовищной величины ладони и подложив под голову рюкзак, на траве возле парома страдал совсем не по-голландски ненавидящий море и оттого унылый Николас.