Вивьен Огилви - Невидимки за работой

— Очень недурно. Даже, пожалуй, слишком хорошо для Спритла, но это можно исправить. Первым делом — напихайте сюда побольше грамматических ошибок. Вот вы тут пишете «Кузнец, про которого мне рассказали, что он философ, советчик и друг всех в деревне…» А Спритлторп непременно написал бы: «про кого». Вы говорите: «не мешайте мне», а он скажет: «не мешайтесь». Вот я вам дам на время мой список основных грамматических «перлов», которыми блещут труды наших журналистов, — увы, этот список существует только в рукописном виде. Увидите, как он вам пригодится для такой работы!

Это, во-первых. А, во-вторых — когда пишете «под Спритла», смело можете подпускать гораздо больше патоки. Мне нравится ваш прием в самом начале, где вы подыгрываете и снобам, и невеждам с их предрассудками. «Мне посоветовали, если Канны и Монте-Карло надоели, съездить на Багамские острова. Я был склонен последовать этому совету и, вернее всего, поехал бы туда, если бы в коротенькой газетной заметке мне не бросилось в глаза название одного места — простое английское название. Я прочел, что завтра, в Блэгемвике, в графстве Йоркшир, состоится традиционный праздник урожая».

Это здорово у вас вышло! На дальше вы взяли чересчур сухой и деловой той. Дайте больше лиризма! Что-нибудь вот в таком роде: «Как мало нам, городским жителям, знакома эта мирная жизнь… Я завидовал здешним людям, их невинному веселью… Это глубоко затронуло струны моего сердца…» и так далее, и так далее. Распишите, как птицы щебечут на старых вязах, как весело журчат ручейки и пусть у вас домики ютятся под сенью старой церкви. Да не забудьте погост! Конечно, нельзя писать, что там лежат темные предки жителей деревушки — иначе вас неверно поймут и в редакцию полетят письма возмущенных читателей. Можно выразиться примерно так: «Здесь, под замшелыми могильными плитами спят вечным сном их деды и отцы, невидимые, но все еще любимые члены этой маленькой общины». Пожалуй, не стоит вводить полоумную девочку, которая приходит на погост со своей мисочкой похлебки ужинать на родной могиле… Но всякий раз, когда вы почувствуете, что у вас вдохновение иссякло, обращайтесь за помощью к Уордсворту. И почаще перечитывайте «Сельского кузнеца». [4] Нравоучительно-сентиментальное стихотворение американского поэта Лонгфелло (1807–1882). Включается чуть ли не во все американские и английские хрестоматии. — Прим. перев .

В дверь постучали, и Уэлтон крикнул: «Войдите!» Вошел Порп.

— Ага, вы здесь, мистер Халлес! — сказал он. — А я только что заходил в комнату номер три, хотел справиться, как у вас идет дело.

— Скажите лучше прямо, что вы шпионите за ним, — вмешался Уэлтон. — Хотели проверить, как ведет себя новичок — трудится или, может, тискает Беверли где-нибудь в шкафу.

— Мистер Уэлтон! — резко отпарировал Порп. — Я контролер, и моя обязанность следить за тем, чтобы новый сотрудник был обеспечен всем, что ему необходимо, и мог хорошо работать. Я делаю свое дело. А вы — редактор, ну, и делайте свое!

Полуопущенные глаза Порпа смотрели куда-то в сторону, и он победоносно ухмылялся, как человек, стрела которого попала в цель.

— А почему бы вам не стать боком? Тогда вы могли бы, разговаривая с человеком, смотреть ему в лицо, — сказал Уэлтон.

— Я пришел вовсе не для разговоров с вами, мне нужен Халлес.

— Шныряете повсюду, как собака по следу, разнюхиваете, где чем пахнет.

Порп обратился к Халлесу.

— Вы, я полагаю, пришли к мистеру Уэлтону посоветоваться насчет вашей работы? Правильно, правильно!

— Да, я хотел показать ему свою первую пробу и воспользоваться его ценными указаниями.

— Вот именно! — пробурчал Уэлтон. — И проба, надо сказать, первый сорт. Оставьте вы нас в покое, Порп, право! Ведь вы же ни шиша не смыслите в нашем писательском деле, а суетесь повсюду и путаетесь у нас под ногами — как будто если вы только отвернетесь, все так сразу и бросят работу! Не воображайте вы себя надзирателем над партией каторжников!

— Полагаю, что учить меня не приходится, я свое дело знаю, — огрызнулся Порп. — Напомню вам, что у меня многолетний стаж и всюду меня высоко ценили. Меня ниоткуда не выставляли, мистер Уэлтон!

— Ах, да, да, я совсем забыл! — со смехом сказал Уэлтон. — Ведь наш мистер Порп — из деловых кругов. Знаете, Халлес, он заведовал оптовым складом скобяных товаров. Он следил за тем, чтобы продавцы добросовестно отвешивали гвозди, аккуратно завертывали ночные горшки и не лодырничали в рабочее время.