Алексей Кузьмин - Солнце и Снег

В былые годы случалось, что безобидное разминочное упражнение, вроде скручивания спины, перешагнув Амур, становилось похожим на жестокое самоистязание, граничащее с попыткой самоубийства.

В случае с неудачным поклоном Ли Шена все произошло именно так. И по сей день бывшие ученики школы “Сычуань” славятся своим чудовищным ударом головой, натренированным путем произнесения какой-то особой мантры. Слова той мантры уже давно забылись, но осталось несколько посвященных, помнящих часть той великой мудрости, и они под страшным секретом передают желающим известные только им слова.

Если Вы хотите узнать, что стало с Ли дальше, и как продолжилось его знакомство с клубом ушу “Сычуань”, то Вам придется потерпеть, так как в следующей главе пойдет речь немного о другом.

Глава 19

Ван Шен снова вспоминает.

Поезд медленно катил по просторам Украины. За окном мелькали занесенные снегом домики, заборы, убогие станционные строения. Ван смотрел на редкие огоньки, огромные пустые поля, изредка освещаемые призрачным лунным светом. Темное небо было затянуто тяжелыми снеговыми тучами, скрывавшими звездный свет. Ван смотрел в окно, и не мог поверить, что столько свободного пространства может быть не заселено людьми. В Китае, насколько хватает глаз - поля, дороги, и деревня на деревне, люди живут практически везде.

Хотя есть, конечно и пустынные места. Горные леса южных провинций, ледяные плоскогорья Тибета, да выжженные солнцем пустыни восточных районов. В этих местах людей мало, но только потому, что жить там просто нельзя. Только военные части, беглые преступники, контрабандисты да небольшие группки местных жителей, не испорченных цивилизацией, могут встретиться там.

Ван вспомнил, как в первый раз столкнулся с туземцами в горах Нань-лин, недалеко от границы с Лаосом. Тогда он думал, что туземцы живут в каменном веке, ничего не зная о внешнем мире. Со временем ом понял, что они знают куда больше, чем самые просвещенные граждане Китая. Их вожди контролируют выращивание и сбор мака, поставки оружия в Камбоджу и Лаос, лично знакомы со многими нынешними руководителями Китая.

Но, прежде чем попасть в Нань-лин, пришлось пройти немало жестоких испытаний. Ван вспомнил второй тур соревнований, в которых он участвовал в учебной части. Начальство проводило их в гарнизонном спортивном зале, на чистом деревянном полу. Конечно, это было лучше, чем пыльная земля стадиона, - начальство позаботилось о снижении травматизма. Был отдан приказ снять ботинки и брюки, всем выдали спортивные трусы необъятных размеров. Судья объявил, что по глазам и трусам бить нельзя. Эта новость сильно обрадовала новичков и борцов, опасавшихся коварных ударов в пах, мастера ушу восприняли ее спокойно.

В первом же поединке Вану достался очень сильный соперник, прекрасно владеющий техникой южного Шаолиня. Ван не мог позволить себе роскошь вымотать его, и был вынужден пойти на суровый обмен ударами. Оба бойца мгновенно покрылись потом, шлепки от ударов звенели в воздухе. Ван не обращал внимание на удары ногами по корпусу, он берег свои колени и голову. Добраться до уязвимых мест на туловище противника не было никакой возможности, его окружал мелькающий фейерверк защит и ударов. Ван берег силы для решающей атаки. Благоприятный случай скоро представился.

Его соперник нанес заметный и не очень быстрый удар ногой. Не защищаясь, Ван всадил в эту ногу сразу три сильнейших удара, отскочил, а затем ударил своей ногой по опорной ноге противника. Тот зашатался. У Вана было огромное искушение свалить противника подсечкой, но не хотелось рисковать в борьбе на полу. Боец нетвердым шагом двинулся вперед, и Ван ударил его пяткой в самую толстую часть передней мышцы бедра. Тот потерял контроль, сосредоточив все свои силы на том, чтобы не упасть. Ван сбил его руки в сторону, проскочил за спину и взял на удушение. Соперник не мог как следует упереться в пол отбитыми ногами, осел на колени и сдался. Ван дружески похлопал его по плечу, и пошел на свое место, где его ждал Ма.

- Мин Чин - Ма Шенфун! - провозгласил судья.

Ма встал и пошел…

… Поединки шли один за другим, не принося ничего неожиданного. Более опытные и тренированные проходили вперед, оставляя позади тех, кто рассчитывал на рост и физическую силу. Скоро Ван понял, что соревнования вообще не были нужны. Достаточно было опросить солдат, кто и сколько занимался боевыми искусствами, а затем среди них выбрать лучших. Эти мысли подтверждались в каждом проходящем поединке.