Томас Гарди - Взор синих глаз [litres]

Жизненный опыт Найта был полнейшим опровержением утверждения, что любовь всегда начинается с обмена взглядами и взволнованного прикосновения пальцев, что она, словно пламя, проявляет себя при самом зарождении. До тех пор пока они не расстались и ее образ не облагородился в его памяти, он не мог сказать, что хотя бы раз внимательно посмотрел на нее.

Одним словом, выяснилось, что он пассивно собирал ее образы, кои его воображение удерживало в тайниках до тех пор, пока их источник не пропал из поля его зрения, и тогда он сказал себе, что полюбил ее душу, коя на время оставила свое земное воплощение, чтобы сопровождать его в пути.

Ее образ стал царить в его душе столь властно, что он, привыкший все анализировать, почти задрожал, выведя возможный результат вторжения этой новой силы в тот славный, спокойно установленный порядок вещей его привычной жизни. Он стал беспокойным, затем перезабыл все второстепенные предметы ради удовольствия размышлять о ней одной.

И все-таки надо сказать, что Найт любил ее скорее философской, чем романтической любовью.

Он думал о ее манере держать себя с ним. Простота, граничащая с кокетством. Флиртовала ли она? – спрашивал он себя. Ни одно из толкований, превращающих заинтересованность в подозрение, не могло поддержать подобную теорию. Ее партия была слишком хорошо сыграна, чтобы нести в себе что-то еще, кроме правдивости. Эта игра имела в себе недостатки, без которых ничто не может стать гениальным. Ни одна актриса с двадцатилетним опытом игры на театральных подмостках, ни одна леди со слишком откровенным вырезом, чей самый первый выход «в свет» затерялся в благоразумном тумане уклончивого разговора, не смогла бы разыграть перед ним роль той непосредственной девушки, какой была Эльфрида.

У нее были свои маленькие хитрости, кои отчасти и создавали эту непосредственность.

Существуют холостяки по характеру и холостяки по стечению обстоятельств;: несомненно, старые девы принадлежат также к обоим видам сразу, хотя некоторые думают, что они принадлежат лишь ко второй разновидности. Как бы там ни было, Найта считали холостяком по природе своей. К чему он пришел? Он испытал весьма любопытное чувство, произведя смотр своим же теориям на тему любви и прочтя их теперь, когда эти теории ярко озарил его новый опыт, когда он увидел, насколько больше его изречения значили, чем он сознавал в то время, когда их записал. Зачастую людям лишь тогда открывается подлинная суть какого-нибудь старого доброго афоризма, когда они на себе испробуют его правдивость, переживши случайное приключение, но Найт и слыхом не слыхивал о таком, чтобы человек, влюбившись, прочувствовал таким вот образом на своей же шкуре всю язвительную силу собственных эпиграмм.

Он был чрезвычайно удовлетворен лишь одной стороной дела. У него было врожденное и непобедимое стремление быть единственно первым возлюбленным женщины, и никем иным. Он обнаружил в себе следующее внутреннее требование: если когда-нибудь он решится вступить в брак, то при этом он должен обладать абсолютной уверенностью в том, что никогда не всплывут неудобные старые письма, что не будет поклона и краски стыда при случайной встрече с таинственным незнакомцем, что не будет ни единого возможного источника такого беспокойства. Чувства Найта были только обыкновенными чувствами человека его возраста, который любит неподдельно и, возможно, немного преувеличивает, следуя своим стремлениям. Когда впервые влюбляются мальчики, то любовь исходит из самого центра их сердец, и ничто другое в этом деле их не волнует. Однако в более осмысленном возрасте все больше наших способностей стремится равно поучаствовать в страсти, пока, по достижении возраста Найта, понимание не начнет охотно примешиваться к любви. Впрочем, оно может с тем же успехом и не примешиваться к ней. Влюбленный мужчина, считающий собственные мозги мерилом для определения своей позиции, похож на человека, который решил определить длину корабля по свету фонаря, укрепленного на верхушке мачты.

Найт, делая свои выводы на основе оригинальности, присущей манерам Эльфриды, что подкреплялось известными ему фактами, решил, что они означают неопытность в любви, а уж это основывалось на одних умозаключениях. Incredules, les plus credules [107] Incredules, les plus credules (франц.) – неверующие оказываются самыми легковерными. Паскаль Б. Мысли о религии / Перевод С. Долгого. М.: Типография И. Д. Сытина и К 0 , 1892. . «Эльфрида, – говорил он себе, – едва ли взглянула на какого-то мужчину до того, как познакомилась со мной».