Эра Ершова - Самая простая вещь на свете

— Погода испортилась, — Марина приподняла занавеску и посмотрела на утопающий в дожде сад.

— Ну, что же ты хочешь, декабрь, здесь тоже иногда зима наступает. — Света едва отдышалась, натягивая узкие сапоги.

— А мне по такой погоде надеть нечего.

— Так ты же одета. Нам уже выходить пора.

— Да, но в плаще сейчас холодно, а в куртке я на бомжа похожа.

— Ладно, я тебе пальто дам, — секунду подумав, успокоила подругу Света.

— Твое пальто на меня не налезет.

— Налезет. Я тебе широкое дам, — она достала из шкафа бежевое пальто и, распахнув его шелковое нутро, подставила Марине. — Давай ныряй.

Марина опустила руки в рукава.

— Смотри, действительно ничего… — сказала она, поворачиваясь перед зеркалом. — Вот что значит дорогая вещь! Кого угодно украсит.

— Ну, кого угодно не знаю, а тебе правда идет. Выходи, я пошла за машиной.

Марина подошла к зеркалу, нанесла на узкие губы темно-красную помаду и внимательно посмотрела в глаза своему отражению.

— Неужели еще кто-то клюнет?.. — пробормотала она, поражаясь мертвой невыразительности собственного взгляда. — Господи, дай ты мне хоть один, самый крохотный шанс! — Марина подняла глаза к потолку — предположительному месту пребывания господа. — Уж я бы сумела им воспользоваться, как надо!

Могущественный собеседник безмолвствовал. Может быть, ему не понравился угрожающий тон Марининого заявления, а может, он просто по привычке не вступал в пререкания с лицами, стоящими на самой низшей ступени социальной лестницы.

За окном раздались два коротких гудка. Марина не торопясь уложила косметичку в сумку, взяла зонтик, ключи и медленно, с достоинством вышла на улицу.

— Ты думаешь, мы его здесь найдем? — Марина обвела взглядом просторный зал венского кафе. — Смотри, народу сколько, поди угадай, кто из них этот… Опять забыла, как его зовут?

— Хильденбранд, — напомнила Света.

— У меня от их имен идиотских мозги набекрень. Не могу я их запомнить, хоть убей.

— Подожди, Усик, — усмехнулась Света. — Вот замуж выйдешь — и тебя таким именем назовут.

— Да я ради такого дела даже собачью кличку стерпеть готова, лишь бы немецкая прописка к ней прилагалась.

— Нет, все-таки у тебя маниакальное отношение к немецкой прописке, — покачала головой Света, внимательно осматривая зал.

— Может, он еще не пришел? — забеспокоилась Марина.

— Да пришел уже.

— Где?

— Вон видишь, у окошка сидит.

— Не вижу, — Марина вытянула шею.

— Ну вон, рядом с аквариумом. Твой.

— Ты уверена?

— На девяносто девять процентов и девять десятых. Видишь, газетку в кулачке зажал, как и договаривались, по сторонам озирается, нервничает. Точно твой.

— Свет, я без очков ни черта не вижу, он как, ничего?

— Ну абсолютно ничего. Давай подойдем поближе, а там сама разберешься.

Господин Хильденбранд сидел за столиком. Вернее сказать, присел на стул — с самого краешку, как воробышек, готовый в любой момент вспорхнуть. Увидев приближающихся подруг, он робко поджал под себя ноги. Рука, свободная от газеты, судорожно задвигалась, то сжимаясь, то разжимаясь в ладони, как будто ее хозяин выкидывал на стол кости.

— Господин Хильденбранд? — спросила Света, вопросительно глядя на мужчину.

— Очень рад! Фридрих, — вскочил с места жених и от смущения чуть не опрокинул стол. Его блестящее розовое лицо мгновенно покрылось яркими пятнами малинового цвета. Мужчина топтался на месте, нервно подергиваясь и беспокойно озираясь по сторонам. — А-а, присаживайтесь, пожалуйста, — наконец вспомнил он подходящую к случаю фразу и опять выкинул правой рукой кости.

Марина села, не снимая пальто. Жених в ту же секунду опустился на стул и уставился на нее немигающими глазами, лишенными ресниц. Марина поднялась, чтобы снять пальто, и жених подскочил как ошпаренный. Казалось, он решил превратиться в Маринину тень и очень боялся, что плохо справится с ролью.

— Нервный какой-то, — буркнула Марина.

Жених перевел немигающий взгляд на Свету.

— Моя подруга говорит, что рада с вами познакомиться, — перевела Света.

Господин Хильденбранд счастливо кивнул, качнувшись всем туловищем.

— Марин, похоже на любовь с первого взгляда… — шепнула подруге Света.

— А он вообще нормальный? — так же тихо спросила Марина, с сомнением глядя на жениха.

— А ты что, считаешь, что в тебя только ненормальный влюбиться может?

— Да нет, но странный он какой-то.

— Чего же тут странного? Есть, конечно, легкое отставание в развитии, но ты не огорчайся. Ему сколько лет?