Мэтт Торн - Туристка

— Куда идем?

— Ко мне домой. Ванесса никогда не ходит в пабы по субботним вечерам. А у меня есть бутылочка «арчера», которую можно будет распить.

— Ладно.

Она шла впереди меня и, говоря, каждый раз оборачивалась.

— Сначала я немного заволновалась, — говорила она, выразительно растягивая гласные. — Когда мой отец разругался по телефону со своей подружкой, я испугалась, что он решит остаться дома.

— Похоже, сегодня вечер домашних размолвок.

— Твой парень тоже рассердился?

— Немного. Он хотел пойти со мной в кафе поужинать.

— Это не так уж плохо, — сказала она. — Лучше иметь парня, который готов повести тебя куда-нибудь. А вот Ли каждый раз устраивает Ванессе скандал, когда она хочет куда-нибудь пойти. Сам-то он взял на прокат видео и предпочитает сидеть дома.

Я рассмеялась.

— Ты обычно ходишь куда-нибудь ужинать в субботу? — спросила она.

— Да.

— Значит, у твоего парня есть деньги.

— Он мой начальник.

По наступившему молчанию я поняла, что произвела на Эми впечатление. Мне стало неловко оттого, что я похвасталась.

— Неудивительно, что ты никогда не упоминала об этом. Он женат? — спросила Эми.

— Да.

— Тебя это не задевает?

— Вообще-то нет, — сказала я, с удовольствием отвечая на серьезные вопросы Эми. — Зато он не путается все время у меня под ногами.

— Я понимаю тебя. Мой бывший всегда должен был знать, что я делаю. А Ванессу он считал дурным примером.

Эми открыла дверь своей квартиры, и мы вошли в переднюю, на стене которой сидели на крючках глиняные совы. Я сразу сообразила, что их сделала сама Эми. Мне даже показалось, что она сама очень похожа на сову, и я представила ее себе с большими кругами, нарисованными под глазами.

— Мне нравятся твои совы, — сказала я ей.

Она покраснела.

— Папа не дает мне их выбросить. Знаешь, как совы ухают?

— Да.

— А ты знаешь, что обычно ухают две совы? Одна ухает: оу… а другая ей отвечает: уо…

Я удивленно посмотрела на нее.

— Не может быть.

— Да, да. Я слышала про это в телепрограмме о природе.

Она отложила сумку и сбросила с ног сабо. Ее ступни сбоку у подошв были такого же розового цвета, как кожа у младенцев. Мне очень не хотелось разуваться, и я надеялась, что она не рассердится на меня за то, что я топчу родительский ковер.

— Хочешь есть? Папа сегодня купил продукты.

— Нет, спасибо. Не хочется.

— Мне тоже. На пустой желудок быстрее пьянеешь.

Скрывшись за дверью, она начала сюсюкать, как мне показалось, с собакой. И я приготовилась увидеть пса, вразвалочку надвигающегося на меня. Но она вышла с чудесным персидским котом на руках, и я решилась погладить его.

— Мой папа так гордится им. Носится с ним как с ребенком.

Мы прошли в гостиную. Я села на мягкий коричневый диван, а Эми устроилась на полу на корточках. Юбка у нее задралась почти до бедер. Убранство гостиной напоминало мне дома моих приятелей, у которых я бывала еще подростком, вплоть до таких же уздечек из лошадиной упряжи, подвешенных над электрической имитацией каминов. Мне стало неловко оттого, что в свои двадцать семь лет я разглядываю чей-то дом в отсутствие родителей. Но как только Эми включила музыку и наполнила два высоких фужера, я решила расслабиться и получать удовольствие.

— Твои родители давно развелись?

Эми повернулась ко мне лицом.

— Они не разводились.

— Но мне показалось, что ты сказала, у твоего отца есть подружка.

— Да, есть. В нашей семье довольно либеральные взгляды. — Она помолчала. — Мама умерла. Не волнуйся, уже давно. Это ужасно звучит, но я даже рада, что ее нет. Никто не понимает папу лучше, чем я.

Я кивнула, не зная, что сказать. Эми зажала холодную бутылку между ступнями и попыталась так поднять ее к губам. Мы обе рассмеялись. Мне было приятно смотреть на ее толстое улыбающееся лицо.

К тому времени, когда появилась Ванесса, мы уже почти ополовинили бутылку, и Эми сразу же заставила ее выпить полный фужер. Ванесса была более привлекательной, чем Эми, и выше ростом, чем я. На ней было серовато-белое платье-рубашка, которое оттеняло ее выкрашенные в черный цвет волосы. Когда она подняла руку, чтобы допить свой фужер, я удивилась, насколько тщательно у нее выбриты подмышки. Никаких следов волос.

Она мало говорила и все посматривала на меня. Эми пыталась вовлечь нас в общий разговор, но мы пока что приглядывались друг к другу. При том, что мои отношения с Эми были трогательными, дружба с Ванессой могла быть довольно полезной. Давно уже у меня не было настоящего, достойного друга-женщины.