Ольга Лазорева - Я — порнозвезда

— Здравствуйте, Виктория Аркадьевна, — невозмутимо произнесла она. — Как ваше самочувствие?

После уже привычных за последние дни обращений ко мне: «Куся, детка, милая, малышка» это имя-отчество резануло мой отвыкший слух и заставило сразу почувствовать себя лет на десять старше. Постная физиономия Эммы Эдуардовны моментально нагнала тоску. Мир вокруг показался таким же, как она, серым, правильным и занудным.

«Спокойно!» — сказала я себе и мило ей улыбнулась.

— Добрый день, — вежливо ответила я. — Чувствую себя отлично. А Виктор Иванович еще не вернулся?

— Ждем, — ответила она и заученно мне улыбнулась.

— Надо же так себя выдрессировать, — отметила я, наблюдая, как уголки губ Эммы Эдуардовны быстро приподнялись и также быстро опустились, словно кто-то дернул их за привязанные ниточки.

— А моя спальня? — спросила я, заходя в дом.

— Готова, — ответила она бесстрастно, бесшумно идя следом за мной.

— И как? — поинтересовалась я, оборачиваясь и глядя в ее вылинявшие серые глаза.

— Сейчас увидите. Все ваши пожелания исполнены. Правда, не знаю, одобрит ли Виктор Иванович, — все-таки добавила она и поджала губы.

Я начала подниматься по лестнице. Эмма Эдуардовна остановилась и, подняв голову, спросила:

— А ваши вещи?

— Сумка в машине, — ответила я и ускорила шаг.

— Наталья! — на удивление громко позвала она. — Хозяйка вернулась.

Вначале я заглянула в кабинет. Все было на своих местах. Я бросила сумочку на диван и пошла в спальню. Когда открыла двери, то даже засмеялась от удовольствия. Более загадочного интерьера мне видеть еще не приходилось. Дизайнер постарался на славу. Ощущение ночного леса, залитого лунным светом, было полным. Потолок, выполненный, как я и просила, в виде ночного неба с мириадами сверкающих звездочек был особенно хорош. Под ногами мягко зеленел ковер с длинным ворсом цвета и вида натуральной травы. Я увидела в этом ворсе яркие тканевые цветы, сделанные, по всей видимости, вручную. На их лепестках поблескивали прозрачные бисеринки, изображающие росу.

— Н-да, счетец будет запредельный, — ехидно сказала я вслух, обозревая настенный водопад, стекающий в полукруглый резервуар из натуральных камней.

На воде покачивались живые на вид, раскрытые бело-розовые лотосы.

— Здравствуйте, Виктория Аркадьевна, — услышала я за спиной голос Лаки и обернулась. — Принесла вашу сумку, — сказала она. — Вам помочь? Может, ванну наполнить?

— Привет, Лаки! — обрадовалась я ее пикантной живой мордашке. — И как тебе моя спаленка в новом исполнении?

— Обалденно! — восхищенно заявила Лаки. — Только Эмма вся изворчалась.

— И пусть себе ворчит, лишь бы меня не доставала, — сказала я и тут же прикусила язык.

Строгое и незыблемое правило моего мужа гласило: никогда, ничего и никого не обсуждать с прислугой и при прислуге.

Виктор появился примерно через час. Я успела полежать в ванной, выпить кофе и поболтать с кошкой Алиской, которая непритворно была мне рада и без конца терлась о мои ноги, периодически начиная громогласно мурлыкать. Пока я гладила ее и говорила о всевозможных пустяках, в голове медленно созревал план мщения. И предвкушение исполнения этого плана вызвало на моих губах неудержимую улыбку. В этот момент в спальню вошел Виктор.

— Привет, дорогая, — немного напряженно сказал он. — Ты сейчас улыбалась, как ангел.

— Здравствуй, милый, — невозмутимо ответила я и поцеловала его чисто выбритую и хорошо пахнущую щеку.

«В принципе, его оправдать можно, — думала я, глядя, как Виктор в изумлении оглядывается по сторонам, — он действительно волнуется из-за меня, вот и решил пойти на такие меры. Хотя… все-таки это подло!»

— Да-а, — задумчиво протянул он. — Твоя идея?

— Решила все поменять, — вздохнула я. — Нравится?

— Необычно, — непонятным тоном сказал Виктор и задрал голову, вперив взгляд в потолок. — Знаешь, эти звезды очень впечатляют и выглядят, как настоящие бриллианты. Но тебе днем не будет здесь неуютно?

— Я днем редко сплю, ты же знаешь, — сказала я. — К тому же это Константин Андреевич посоветовал мне в предотвращение депрессии что-нибудь изменить.

— Да? — заметно оживился Виктор. — А как, вообще, проходят сеансы?

— Зачем тебе, милый? — рассмеялась я. — Это врачебная тайна.

— Конечно, конечно, — не стал он спорить, — лишь бы на пользу.

Я внимательно на него посмотрела. Потом медленно подошла и обняла, потершись носом о шею. Виктор мягко поцеловал мои губы, и я удивилась, что мое тело осталось совершенно равнодушным. Видимо, сейчас мне уже требовались более настойчивые действия. А может, я просто была удовлетворена чисто физически. После ужина Виктор о чем-то долго говорил по телефону, потом просматривал какие-то файлы у себя в кабинете. Я только один раз заглянула к нему, но он, не отрываясь от монитора, махнул мне рукой. Закрыв дверь, я спустилась вниз и пошла к бассейну. Голубые круглые напольные фонари бросали мягкие отсветы на воду. Закат был багрово-красным, и его медленно гаснущий свет подкрашивал воду в бассейне в красноватые тона. Я скинула сарафан и нырнула. Потом перевернулась на спину и погрузила взгляд в меркнущее небо. На душе было покойно, словно мое тело, затисканное и заласканное за последние дни, передало ей это состояние умиротворения и удовлетворения. И к Виктору у меня уже не было никаких претензий как к супругу. И даже казалось смешным, что я так мотала себе нервы из-за того, что он все чаще отказывал мне в сексе. В данный момент я чувствовала к своему мужу только одно — полное равнодушие. Я закрыла глаза и тут услышала дробный стук каблуков. И уже по одному этому маршеобразному шагу поняла, что к бассейну приближается Эмма Эдуардовна.