Ольга Лазорева - Я — порнозвезда

Не будет преувеличением сказать, что японские женщины в стародавние времена довели механическое искусство автоэротизма до высочайшей степени совершенства. Они использовали два пустотелых шарика размером с голубиное яйцо (иногда — только один), сделанные из очень тонкого медного листа; один из них пуст, другой (называемый «маленьким человечком») содержит небольшой и тяжелый металлический шарик либо некоторое количество ртути, а иногда — металлические язычки, вибрирующие при любом движении; таким образом, если держать два шарика вместе в руке, движение не прекращается. Сперва во влагалище вводится пустой и оставляется в соприкосновении с маткой, затем другой; малейшее движение органов побуждает металлический шарик (или ртуть) перекатываться, что производит приятное чувственное возбуждение, мягкое щекотание, похожее на слабый электрический разряд; шарики называются «рин-но тама» и удерживаются во влагалище специальным тампоном. Женщины, пользующиеся ими, качались на качелях, в гамаках и креслах-качалках, при этом тонкая вибрация шариков производит высшую степень сексуального возбуждения. В основном они использовались самыми выдающимися гейшами и проститутками первого разряда. Шарики «рин-но тама» распространились в Китай, Аннам и Индию. Также японские женщины часто пользовались искусственным пенисом из бумаги или глины, называемым «энги».

В XIX веке в секс-шопах продавались различные приспособления, например, презервативы с головой демона или петуха с прикрепленными шишками и перьями, а также фаллоимитаторы всевозможных конструкций».

Проснулась я рано. Ночь, проведенная с Сеней, оказалась совсем неутомительной. Он был довольно однообразным в сексе, хотя и необыкновенно нежным. Перед уходом он пообещал, что сам смонтирует фильм в рекордно короткие сроки.

— А ты когда в свой лес планируешь вернуться? — спросил Сеня, стоя у открытой двери.

Его глаза погрустнели. Выражение лица стало расстроенным, как у маленького обиженного мальчика, у которого отобрали любимую машинку.

— Уже завтра, — ответила я и погладила его растрепанные влажные волосы.

— Тогда диск принесу тебе сегодня вечером, — сказал он и поцеловал мою руку.

— Хорошо, милый. Я тебе позвоню, когда буду дома.

Арсений обхватил мои щеки ладонями и начал маленькими поцелуями легко касаться век, ресниц, носа и губ. И это было странно, но необыкновенно приятно.

«Какой нежный мальчик», — подумала я, замирая и улыбаясь.

Около полудня я вновь была в павильоне в одной постели с Мишкой. Два оператора, Петька с микрофоном, за ним звукооператор Яша, Влад у монитора — через час съемок в небольшой комнате просто нечем было дышать.

— Сколько говорил о необходимости кондеев, — тихо ворчал Мишка мне на ухо, ерзая вспотевшим телом. — Ведь неприятно так к тебе прилипать. Лето все-таки!

— Н-да, кондиционер просто необходим, — прошептала я, закидывая ноги ему на поясницу.

— Нажми на Элен, — предложил он, ставя меня на четвереньки и прилипая мокрым животом к моим ягодицам.

— Вы о чем там болтаете? — зловещим голосом произнес Влад, отрываясь от монитора.

— О том, что пора сделать перерыв, — злобно ответил Миша. — Не видишь, мокрые все!

— Зато в кадре кожа так красиво блестит! В западных фильмах актеров даже специально маслом мажут, чтоб добиться такого эффекта, — хихикнул Эдик, ставя камеру на штатив.

— Именно! — обрадовался Влад, поворачиваясь к нему. — Но перерыв можно и сделать. Петька, — взвизгнул он, — распахни дверь пошире! И окна открой!

— А вот этого не надо, — тут же встрял второй оператор Юра. — Во-первых, на улице жара, во-вторых, тополиного пуха полно, сейчас тут налетит целое облако.

— Точно! — согласился Влад. — Петька, принеси нам минералку!

В этот момент в дверях нарисовалась Элен. Из-за ее плеча выглядывал Ден. Он помахал мне рукой и радостно осклабился.

— Виктория, можно тебя на минутку? — ласково спросила Элен.

Я встала, набросила на себя халат из натурального китайского шелка и пошла вслед за ней. Разгуливать в одних трусах, как это делали остальные девушки, я так и не научилась.

В кабинете Элен царила прохлада.

— Лучше бы в павильонах кондеи установили, — хмуро сказала я. — А то жарко валяться часами в обнимку.

Элен, усевшаяся за стол, слегка покраснела и с недоумением на меня воззрилась.

— Кондиционеры не мешало бы, — ворчливо повторила я, садясь за стол напротив нее.