Марина Луценко - Ловушка для банкира

Сыночка я на радостях расцеловал, Светлану пожурил, а Харитону — за то, что отыскал нашего ангела — пообещал исполнить любое его желание. Дядюшка же после того случая весело заявил, что Илюша очень похож на него в детстве. Такой же любопытный озорник. Достойная-де смена растет — будет в России еще один исследователь Лангсдорф…»

УИ-И-И!!! — чтение оборвал пронзительный визг, донесшийся из-за двери.

— Долбаные туфли, — услышала Вика в следующую секунду. — На кой черт я купил их в секонд-хенде!

Девушка удивленно воззрилась на закрытую дверь. Тишина… Виктория пожала плечами и вновь вернулась к дневнику. Однако стоило ей погрузиться в чтение, как раздалась отчаянная барабанная дробь. Вика побежала открывать. Распахнула дверь, и взгляд тут же уперся в огромный серебряный поднос с горой еды. Внизу, под подносом, обнаружились ноги в клетчатых брюках и лакированных штиблетах.

— Проходите, Эммануил Венедиктович, — Виктория посторонилась, впуская «поднос» в комнату.

— Ваш обед, дорогой профессор, — торжественно объявил старичок.

Он прошествовал к столу и водрузил на него поднос.

— Представляете, только что поскользнулся и чуть с лестницы не слетел, — пожаловался коротышка. — Чудом на ногах удержался — а то бы катастрофы не миновать!

Быстрицкий взял в руку трость, которую до этого сжимал подмышкой.

— К счастью, самообладание у меня железное, — добавил он с гордостью. — Несмотря на пережитый стресс, я даже звука не проронил. Только чуть ойкнул…

— Ага, — усмехнулась Вика. — Это «чуть-ойканье» было слышно даже через закрытую дверь.

Эммануил Венедиктович недоверчиво покосился на девушку.

— Не могли вы ничего слышать. Во-первых, я в это время находился далеко. А во-вторых — тут дверь со звукоизоляцией. Семен Семенович ее специально установил, чтоб никто работать в архиве не мешал.

Виктория иронично глянула на коротышку.

— Вы споткнулись, взвизгнули, а затем произнесли: «Долбаные туфли, на кой черт я купил их в секонд-хенде!»

Быстрицкий в изумлении разинул рот.

— Как у вас получилось это услышать?!

— Понятия не имею. Просто услышала и все.

Глаза старичка загорелись азартом.

— Давайте проведем эксперимент! Я вернусь на лестницу и… ну, предположим — спою песенку. А вы за закрытой дверью попытаетесь определить, что я пою.

— Мне сейчас, Эммануил Венедиктович, не до песенок, — вздохнула Вика. — Есть хочется — аж живот сводит.

Быстрицкий моментально забыл об эксперименте и принялся хлопотать вокруг подноса.

— Один момент, милочка! Я все организую в лучшем виде, — тараторил он, расставляя блюда на столе. — Наша чудесная кухарка, Ольга Михайловна, собрала для вас массу вкусностей. И строго-настрого приказала проследить, чтобы все было съедено до последней крошки.

Виктория уселась в кресло и впилась зубами в бутерброд с колбасой.

— Неудивительно, что вы так проголодались, — Быстрицкий пододвигал девушке все новые блюда. — Пятый час в подвале торчите. А к нам на обед отец Даниил приходил. Спрашивал, куда вы подевались…

Вика вспомнила, что хотела узнать у священника о памятнике на площади.

— Отец Даниил еще в доме? — поинтересовалась она у старичка.

— Наверное. Когда я спускался в подвал, они с Семеном Семеновичем как раз наверх подымались. Видать, секреты у них какие-то.

Виктория недоуменно посмотрела на Быстрицкого.

— Секреты? Почему вы так решили?

— Ну, это же очевидно. Как только Семен Семенович с кем-то секретничает, они запираются у него в кабинете. Между прочим: кабинет расположен рядом с вашей комнатой — учтите это.

И коротышка почему-то лукаво подмигнул. Однако девушка не стала выяснять, что имеет в виду собеседник. Сейчас для нее куда важнее было застать отца Даниила. Поспешно дожевав бутерброд, Вика встала из-за стола.

— Куда вы, милочка? — забеспокоился старичок.

— Пойду наверх — поищу священника. Мне надо с ним поговорить.

— Обязательно поговорите, — кивнул Быстрицкий, мягко усаживая девушку на прежнее место. — Только сначала поешьте по-человечески. А то все бежите-спешите — никакого порядка в вашей жизни. Так, дорогой профессор, и язву заработать недолго.

Только через полчаса Виктории удалось отделаться от назойливой заботы. Наевшись до отвала, девушка с трудом поднялась из подземелья на первый этаж. К счастью, Эммануил Венедиктович не собирался дальше составлять ей компанию. Чрезвычайно довольный тем, что накормил «дорогого профессора», старичок отправился с отчетом на кухню. Вика же пошла в сад — остановившись у ворот, она стала поджидать отца Даниила.