Генри Хаггард - Приключения Айши

Пока я раздумывал, дверь отворилась и вошел, с насмешливым, непроницаемым лицом, тот самый старик, которого Хания называла шаманом, а он, в свой черед, называл ее племянницей.

Шаман подошел ко мне и учтиво осведомился, как я себя чувствую.

– Лучше, – ответил я. – Куда лучше, чем было, о мой хозяин, – прости, я не знаю, как тебя зовут.

– Симбри, – сказал он, – и, как я тебе уже говорил около реки, мой титул – Потомственный Хранитель Ворот. Я – лекарь, пользую повелителей этой страны.

– Так ты лекарь или колдун? – с напускной беспечностью спросил я.

Он посмотрел на меня с любопытством.

– Я сказал – лекарь, и достаточно искусный, как ты мог убедиться вместе со своим товарищем. Иначе, я полагаю, ты не дожил бы до нынешнего дня, о мой гость… – как тебя зовут?

– Холли.

– О мой гость Холли.

– Не окажись, на мое счастье, на берегу той темной реки ты, почтеннейший Симбри, и госпожа Хания, нас, конечно, не было бы в живых. Место такое пустынное, что ваше там появление можно объяснить лишь с помощью магии. Вот почему я высказал предположение, что ты колдун, но, может быть, ты просто ловил рыбу.

– Да, ловил, о чужеземец Холли, но только не рыбу, а людей, и выудил двоих.

– Случайно, хозяин Симбри?

– Нет, не случайно, гость Холли. Я не только врачую, но и предсказываю будущее, ибо я Старший шаман, или Предсказатель, этой страны; я был предупрежден о вашем прибытии и ждал вас.

– Странно, хотя и очень любезно с твоей стороны. Стало быть, лекарь и колдун здесь означают то же самое.

– Как видишь, – сказал он с почтительным поклоном, – но объясни мне, если можно, каким образом вы отыскали путь в эту страну, куда не забредают случайные странники?

– Возможно, мы просто странники, – ответил я, – а возможно, мы тоже изучали… врачевание.

– И, судя по всему, вы изучили его довольно хорошо, иначе вы не выжили бы, перебираясь через эти горы в поисках… что вы здесь ищете? Там, на берегу потока, твой товарищ, помнится, говорил о царице.

– Да? В самом деле? Но ведь он, по-моему, уже нашел ту, что искал: эта величественная госпожа Хания, которая прыгнула в реку и спасла нас, должно быть, и есть царица?

– Да, царица, настоящая царица, ибо Хания означает «царица», хотя я не могу взять в толк, каким образом человек, который лежал в беспамятстве, мог это узнать? И откуда тебе известен наш язык?

– Это-то просто, вы здесь говорите на древнем языке, который я не только изучал, но даже преподавал у себя в стране. Это греческий язык, на нем все еще говорят в мире, но как его занесло сюда – выше моего понимания.

– Могу тебе объяснить, – сказал он. – Много поколений назад Великий Завоеватель, что принадлежал к народу, который говорит на этом языке, прошел со своим войском южнее нашей страны. Он вынужден был отступить, но один из его военачальников – этот принадлежал к другому народу – пересек горы и покорил здешних обитателей; он принес с собой язык своего повелителя и свою веру. Он основал династию, которая все еще сохраняет здесь власть, ибо эта земля окружена пустынями и непроходимыми горными снегами, у нас нет никакого сообщения с миром внешним.

– Да, я уже кое-что об этом слышал, это был Александр Великий?

– Да, так его звали, а его военачальника звали Рассеном, он был египтянином – так гласит наша летопись. Его потомки до сих пор восседают на престоле, его кровь течет и в жилах Хании.

– Он поклонялся богине Исиде?

– Нет, – ответил он, – Хес.

– Это, – перебил я, – лишь другое ее имя. Сохраняется ли у вас поклонение ей? Я спрашиваю потому, что в Египте ее давно уже не почитают.

– На Горе есть храм, – равнодушно ответил старик, – где жрецы и жрицы исповедуют какую-то древнюю веру. Но и ныне, как во времена Рассена, истинный бог этого народа – огонь, обитающий в Горе; иногда он вырывается наружу и убивает людей.

– А богиня обитает в огне? – спросил я.

Он скользнул по мне холодными глазами и ответил:

– Чужеземец Холли, я ничего не знаю о богине. Гора священная, и всякий, стремящийся проникнуть в ее тайны, умирает. Почему ты спрашиваешь об этом?

– Только потому, что интересуюсь древними религиями; увидев Знак Жизни на вершине, я направился сюда, чтобы изучить вашу религию, традиции которой все еще сохраняются среди людей просвещенных.

– Оставь это намерение, друг Холли, ибо ты рискуешь быть растерзанным челюстями псов-палачей или пасть под копьями дикарей. Да и изучать там нечего.