Энтони Троллоп - Домик в Оллингтоне

– Я бы желала, чтобы вместо двенадцати было сто двенадцать, – сказала графиня.

– В таком случае я бы был принужден уехать отсюда ночью, – возразил мистер Поллисер.

– А если бы вместо ста двенадцати было тысяча двенадцать?

– Тогда я бы вовсе не приехал сюда, – отвечал мистер Поллисер. – Он вовсе не хотел быть нелюбезным и только высказал факт.

– Нынче молодые люди становятся настоящими медведями, – сказала графиня дочери своей Маргарите.

Мистер Поллисер пробыл в гостиной около часа, когда увидел себя стоявшим подле леди Думбелло, подле нее, и притом когда вблизи никого больше не было.

– Я никак не ожидал встретиться здесь с вами, – сказал он.

– А я не думала встретиться с вами, – отвечала леди Думбелло.

– Хотя, впрочем, вы и я находимся близко наших домов.

– Мой дом не близко отсюда.

– Я подразумеваю Пломстед, дом вашего отца.

– Да, некогда это был мой дом.

– Как бы я желал показать вам замок моего дяди. Прекрасное место, там есть несколько хороших картин.

– Я это слышала.

– Долго вы останетесь здесь?

– О, нет. После завтра я еду в Чешэйр. Лорд Думбелло всегда уезжает туда, когда начинается охота.

– Ах да, конечно. Какой счастливец! Никогда нет занятий. Я полагаю, избиратели его никогда не беспокоят.

– Я тоже полагаю.

После этого мистер Поллисер отошел, и леди Думбелло провела остальную часть вечера молча. Надобно думать, что они оба были вознаграждены десятью минутами симпатичного разговора за неудобство, которое испытывали по случаю приезда своего в замок Курси.

Но то, что кажется для нас невинным, рассматривалось строгими моралистами замка совершенно в другом свете.

– Клянусь Юпитером! – говорил высокопочтенный Джорж своему кузену, мистеру Грешаму. – Не знаю, как смотрит на это сам Думбелло.

– Мне кажется, что Думбелло смотрит на подобные вещи сквозь пальцы.

– И то сказать, есть люди, которые на все смотрят сквозь пальцы, – сказал Джорж, для которого подобного рода вещи, после женитьбы, служили предметом благоговейного ужаса.

– Она начинает немного выясняться, – говорила леди Клэндидлем леди де Курси, когда обе эти старухи сидели перед камином в одной из задних комнат замка. – Вы знаете, в тихом омуте черти водятся.

– Для меня нисколько не будет удивительно, если она убежит с ним, – заметила леди де Курси.

– Ну, он еще не так глуп, чтобы решиться на подобный поступок, – возразила леди Клэндидлем.

– Мне кажется мужчины больше всего делают глупости, – продолжала леди де Курси. – Если он и убежит с ней, то последствий никаких не будет. Я знаю джентльмена, который не станет сожалеть об этом. Если женщина может наскучить мужчине, так лорду Думбелло она страшно наскучила.

Как в этом, так и почти во всем другом, злая старуха предавалась злословию. Лорд Думбелло все еще гордился своей женой и любил ее, как мужчина может любить женщину, когда его любовь зависит от гордости.

В разговоре между мистером Поллисером и леди Думбелло ничего особенно опасного не было, но я не могу сказать того же самого о разговоре, происходившем в то же самое время между Кросби и леди Александриной. Она, как уже сказано, ушла явно рассерженная, когда леди Джулия возобновила свои нападения на бедную Лили, и не возвращалась к общему кружку в течение всего вечера. В замке Курси были две большие гостиные, соединявшиеся узкой комнатой, которую скорее можно бы назвать коридором, если бы она не освещалась двумя окнами, доходившими до самого пола, покрытого коврами, и не согревалась отдельным камином. Сюда-то и удалилась леди Александрина, за ней вскоре последовала и замужняя сестра ее Амелия.

– Эта женщина приводит меня в бешенство, – сказала Александрина, в то время, как они стояли вместе, поставив по одной ножке на каминную решетку.

– Но, душа моя, из всех гостей ты одна не должна позволять себе приходить в бешенство при разговоре об этом предмете.

– Тебе хорошо говорить это, Амелия.

– Вопрос в том, моя милая: что же намерен делать мистер Кросби?

– А почему я знаю?

– Если ты не знаешь, то благоразумнее было бы полагать, что он намерен жениться на этой девушке, и в таком случае…

– Что же в таком случае? Не хочешь ли ты быть другой леди Джулией? Какое мне дело до этой девушки?

– Я не думаю, чтобы тебе было какое-нибудь дело до нее, а если тебе нет никакого дела и до мистера Кросби, то и кончено, только в таком случае, Александрина…

– Ну что же в таком случае?