Джон Голсуорси - Последняя глава (Книга 2)

- У Алана это уже прошло. Я вчера получила от него письмо. Он в Сингапуре. Наверно, у него там кто-то есть. Надеюсь, хотя бы не замужняя женщина. На Востоке так мало молодых девушек.

- Не думаю, чтобы ему понравилась замужняя женщина. Скорее это туземка; говорят, малайские девушки очень хорошенькие.

Джии скорчила гримасу.

- Какая-то малайка вместо Динни! - Помолчав, она задумчиво пробормотала: - Хотела бы я поговорить с этим Дезертом. Уж я бы ему растолковала, что о нем скажут, если он и Динни потащит за собой в эту грязь.

- Смотри только, чтобы Динни не рассердилась!

- Если машина будет свободна, я съезжу завтра и поговорю с Флер. Она должна хорошо его знать; он был у них шафером.

- Я бы предпочел поговорить с Майклом; но умоляю тебя, будь осторожна.

Джин, привыкшая жить по принципу "сказано - сделано", двинулась в путь на следующий день чуть свет, пока дом еще спал, и к десяти часам уже подъезжала к Саут-скверу. Майкла в Лондоне не было, он уехал в свой избирательный округ.

- Чем прочнее его положение в округе, - объясняла Флер, - тем чаще он считает нужным туда ездить. Комплекс признательности. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Глаза Джин под длинными ресницами были устремлены на Фрагонара {Фрагонар (1732-1806) - французский художник.} и будто говорили "уж слишком ты француз"; потом она метнула взгляд на Флер, и та чуть не подскочила, ей-богу, настоящая тигрица!

- Я пришла насчет Динни и ее жениха. Ты ведь знаешь, что с ним там случилось? - Флер кивнула. - Неужели ничего нельзя сделать?

Флер испытующе на нее поглядела. Ей, правда, двадцать девять, а Джин всего двадцать три, но стоит ли разыгрывать опытную матрону?

- Я очень давно не видела Уилфрида.

- Кто-нибудь должен сказать ему напрямик, что о нем подумают, если он втянет Динни в эту грязную историю!

- А я вовсе не уверена, что все это так уж раздуют, даже если поэма и выйдет в свет. Людям нравятся герои вроде Аякса {Аякс - один из героев Троянской войны; олицетворение бунтаря, бросающего вызов богам.}.

- Ты не была на Востоке,

- Нет, была, я ездила в кругосветное путешествие.

- Это совсем не одно и то же.

- Дорогая моя, - сказала Флер, - ты меня, пожалуйста, извини, но Черрелы лет на тридцать отстали от века.

- Я не Черрел!..

- Ты - Тасборо, а это, пожалуй, еще хуже. Сельское духовенство, кавалерия, флот, колониальные чиновники, - ты думаешь, с ними кто-нибудь считается?

- Да, те, кто к ним принадлежит, - значит, и он и Динни тоже.

- Те, кто по-настоящему любит, ни с кем не считаются. Когда ты выходила замуж, тебя останавливало, что над Хьюбертом висело обвинение в убийстве?

- Это совсем другое дело. Ему нечего было стыдиться.

Флер улыбнулась.

- Как это на тебя похоже! Вы даже не поверите, господа присяжные, как говорят в суде, но девятнадцать из двадцати людей нашего круга только зевнут, если вы им предложите осудить Уилфрида; и тридцать девять из сорока забудут всю эту историю меньше чем через две недели.

- Не верю, - отрезала Джин.

- Увы, милочка, ты не знаешь современного общества.

- А современное общество как раз и не в счет, - еще резче возразила Джин.

- Может, тут ты и права, но что же тогда в счет?

- Где он обитает? Флер засмеялась. - На Корк-стрит, против Галереи, Уж не собираешься ли ты сунуть голову в пасть льва?

- Не знаю.

- Уилфрид кусается.

- Ну что ж, спасибо, - сказала Джин. - Мне пора.

Флер поглядела на нее с восхищением. Джин покраснела, и румянец на загорелых щеках сделал лицо ее еще более ярким.

- До свидания, дорогая, только уговор: вернись и расскажи мне, как это было. Я знаю, у тебя бесовская отвага.

- Я еще не уверена, что пойду туда, - сказала Джин. - До свидания.

Она села за руль и сердито погнала машину мимо Палаты общин. По натуре она была человеком действия, и трезвая рассудительность Флер только обозлила ее. Однако явиться к Уилфриду Дезерту и потребовать: "А ну-ка, верни мне мою невестку!" - было не так-то просто. Все же она доехала до Пэл-Мэл, поставила машину возле "Парфенеума" и пошла по Пикадилли. Прохожие, особенно мужчины, оборачивались ей вслед: уж очень изящна и стройна была ее фигура и необычны краски словно светящегося изнутри лица. Джин не представляла себе, где находится Корк-стрит, но знала, что это где-то поблизости от Бонд-стрит. Найдя нужную улицу, она побродила по ней, пока не отыскала Галерею.

"Это, наверно, тот дом напротив", - решила она. Она постояла возле двери, на которой не было никакой дощечки, и увидела, что по ступенькам поднимается какой-то человек, ведя на поводке собаку.