Марио Льоса - Вожаки (рассказы) (-)

- Успокойтесь! Успокойтесь! Идем к реке.

Рядом со мной прозвучал тоскливый голос. Это был Райгада. Он почти плакал.

- Не будь идиотом, - сказал Хавьер. Он расхохотался. - Замолчи, разве ты не видишь?

Дверь была открыта, и в нее десятками решительно входили ученики. В тупик продолжали подходить все новые ребята; кое-кто из них присоединился к тем, кто окружал Лу и его койотов. Некоторым из койотов удалось объединиться. Рубашка на Лу расстегнулась - виднелась его тощая грудь, безволосая, потная и блестящая; по носу и губам бежала струйка крови. Он то и дело сплевывал и с ненавистью смотрел на ближайших противников. Только он один держал дубинку занесенной, готовый ударить. Остальные, обессилев, уже опустили их.

- Кто подойдет? Хочу увидеть лицо этого храбреца.

По мере того как учащиеся входили в школу, они надевали пилотки и прицепляли знаки различия. Постепенно группа, которая осаждала Лу, ругаясь, начала расходиться. Райгада толкнул меня локтем.

- Он говорил, что со своей бандой может разгромить всю школу, - уныло произнес он. - Почему мы оставили эту скотину одного?

Райгада отошел. Около двери, словно сомневаясь, он подал нам знак. Затем вошел. Мы с Хавьером приблизились к Лу. Он дрожал от ярости.

- Почему вы не пришли? - сказал он в бешенстве, повышая голос. - Почему вы не пришли к нам на помощь? Нас было восемь, потому что остальные...

Лу был необычайно зорок и гибок, как кошка. Он резко откинулся назад, чтобы мой кулак лишь едва задел его ухо, и, найдя точку опоры, со всей силой взмахнул своей дубинкой. Я получил удар в грудь и зашатался. Хавьер встал между нами.

- Не здесь, - сказал он. - Пойдем на Набережную.

- Пойдем, - сказал Лу. - Я проучу тебя еще раз.

- Посмотрим, - сказал я. - Пойдем.

Мы прошли полквартала медленно, потому что у меня подкашивались ноги. На углу нас остановил Леон.

- Не ссорьтесь, - сказал он. - Не стоит. Пойдемте в школу. Нам надо держаться вместе.

Лу смотрел на меня, полуприкрыв глаза. Казалось, он был смущен.

- Почему ты побил козявок? - спросил я. - Знаешь, что теперь будет с тобой и со мной?

Он не ответил ни словом, ни жестом, совсем успокоился и опустил голову.

- Отвечай, Лу, - настаивал я. - Знаешь?

- Ладно, - сказал Леон. - Постараемся вам помочь. Пожмите друг другу руки.

Лу поднял голову и посмотрел на меня огорченно. Я почувствовал его ладонь в своей, ощутил, какая она мягкая и нежная, и подумал, что мы впервые так приветствуем друг друга. Мы развернулись и пошли строем к школе. Я почувствовал на плече чью-то руку. Это был Хавьер.

ПОЕДИНОК

Как обычно по субботам мы сидели в Рио-баре*, пили пиво, когда в дверях появился Леонидас; по его лицу мы сразу же поняли: что-то случилось.

* Рио-бар - по названию этого заведения можно судить, что действие рассказа происходит в городе Пьюра, на северо-западе Перу. Рио-бар упоминается в повести Варгаса Льосы "Кто убил Паломино Молеро?" (1986).

- Что стряслось? - спросил Леон.

Леонидас придвинул еще один стул к нашему столику.

- Умираю, пить хочу.

Я наполнил стакан до краев, так что пена выплеснулась на стол. Леонидас стал неторопливо сдувать пену, глядя, как лопаются пузырьки. Потом одним глотком осушил стакан до последней капли.

- Сегодня ночью Хусто будет драться, - сказал он странным голосом.

Какое-то время мы все молчали. Леон отхлебнул пива, Брисеньо закурил сигарету.

- Он просил вас предупредить, - закончил Леонидас. - Хочет, чтобы вы пришли.

Наконец Брисеньо спросил:

- Как это было?

- Они встретились сегодня в Катакаосе*. - Леонидас отер лоб и махнул рукой: с его пальцев на пол слетели капли пота. - Дальше можно не рассказывать...

* Катакаос - городок рядом с Пьюрой.

- Ладно, - сказал Леон. - Они должны были подраться, лучше уж так, по всем правилам. Не надо этого бояться. Хусто знает, что делает.

- Да, - повторил Леонидас с отсутствующим видом. - Наверное, так лучше.

Бутылки опустели. Дул сильный ветер, и нам было не слышно военного оркестра, который играл на Площади. По мосту вереницей шли люди, возвращавшиеся с загородной прогулки; парочки, прятавшиеся в тени набережной, тоже начали покидать свои укрытия. Многие проходили мимо Рио-бара, некоторые заходили внутрь. Скоро вся терраса заполнилась мужчинами и женщинами - все громко разговаривали и смеялись.

- Уже почти девять, - заметил Леон. - Нам пора.

Мы вышли.

- Ладно, парни, - сказал Леонидас. - Спасибо за пиво.

- Это ведь будет у Плота? - спросил Брисеньо.