Томас. Как почтовая лошадь!
Фэг. Так вот, причина всему - любовь. Любовь, Томас, как пишут в книгах, еще со дней Юпитера прибегала к маскарадам и переодеваниям.
Томас. Так-так! Я сразу догадался, что тут замешана какая-нибудь дамочка. Но объясни, сделай милость, почему же капитан выдает себя за прапорщика? Я еще понимаю, если бы он выдавал себя за генерала.
Фэг. Ах, Томас, в этом-то и вся тайна. Представь себе, Томас, что мой хозяин влюбился в девицу с очень странными вкусами: бедный прапорщик ей нравится, а узнай только она, что он сын и наследник сэра Энтони Абсолюта, баронета, с тремя тысячами фунтов дохода, - пропало дело.
Томас. Поистине странный вкус! А как у нее-то самой насчет капитала, мистер Фэг? Богата она?
Фэг. Богата ли? Да я думаю, в ее руках половина всех государственных бумаг. Черт побери, Томас! Она могла бы выплатить национальный долг так же легко, как я по счету прачке. Собачонка ее ест на золоте, попугая она кормит мелким жемчугом, а нитки у нее наматываются на банковые билеты.
Томас. Здорово, ей-богу! Чего доброго и тысячи нипочем? Ну, а как она с капитаном-то? Узду очень натягивает?
Фэг. Они, что голубки, воркуют.
Томас. Можно узнать, кто такая?
Фэг. Мисс Лидия Лэнгвиш. Но тут примешалась старая упрямая тетка. Впрочем, она еще в глаза не видела моего хозяина, потому что мы познакомились с девицей, когда гостили в Глостершире.
Томас. Ну что же, от души желаю им попасть в одну упряжку! Но расскажи мне, мистер Фэг, что за местечко такое этот Бат? Я о нем много слыхал. Говорят, тут тьма всяких развлечений, а?
Фэг. Не мало, не мало, Томас! Есть где пошататься. С утра мы отправляемся в галлерею, хотя ни хозяин, ни я вод не пьем. После завтрака прогулка по эспланаде или партия на бильярде, по вечерам танцы. Но в общем нудное место! Надоело оно мне... Я прямо отупел от этой правильной жизни. После одиннадцати - ни музыки, ни карт... Правда, мы с камердинером мистера Фокленда иногда частным образом устраиваем вечеринки... Вот я тебя познакомлю, Томас, он тебе очень понравится.
Томас. Да я давно знаком с мистером Дюпень: ведь его хозяин - жених мисс Джулии.
Фэг. Ах, я и позабыл совсем! Ну, Томас, придется тебе немножко отполироваться здесь. Смотри, пожалуйста, парик! Какого черта ты парик носишь? В Лондоне ни один уважающий себя кучер уже не наденет парика.
Томас. Тем хуже, тем хуже! Когда я услыхал, что доктора и адвокаты перестали носить парики, я сразу понял, что все за ними потянутся. Нелегкая их возьми! Раз в суде пошла такая мода, так уж непременно и на козлы перекинется. Но на что это будет похоже! Нет, Фэг, как хочешь, а я своего парика не отдам - пусть доктора и адвокаты делают, что им угодно.
Фэг. Ладно, Томас, не будем из-за этого спорить.
Томас. Да и не все профессии в этом согласны: у нас в деревне, например, хоть Джек Годж, податной сборщик, выставляет напоказ свои рыжие патлы, зато коротышка Дик, коновал, поклялся, что не снимет своего тупейчика, хотя бы весь университет начал щеголять в собственных волосах.
Фэг. Вот как! Молодчина Дик! Но стой! Замечай, замечай, Томас!
Томас. А-а-а... Сам капитан налицо. Так это она и есть с ним?
Фэг. Не-ет, нет. Это мадам Люси, камеристка его дамы сердца. Они остановились в этом доме. Но мне надо поспешить - скорей рассказать ему все новости.
Томас. Э! Да он ей деньги дает! Ну, мистер Фэг...
Фэг. Прощай пока, Томас. Нынче вечером мы условились встретиться у Гэйд-порча. Приходи туда к восьми: соберемся тесной компанией.
Расходятся.
КАРТИНА ВТОРАЯ
Будуар миссис Малапроп. Лидия Лэнгвиш лежит на кушетке с книгой в
руках. Люси только что вошла с улицы.
Люси. Право, сударыня, я весь город обегала, искавши эти книжки: кажется, ни одной библиотеки в Бате не пропустила.
Лидия. И так и не достала "Награды за постоянство"?
Люси. Нет, сударыня.
Лидия. И "Роковой связи" не могла найти?
Люси. Нет, сударыня.
Лидия. Неужели и "Ошибок сердца" нет?
Люси. С "Ошибками сердца" не повезло. Мистер Булль сказал, что их только что взяла мисс Сюзанна Сантер.
Лидия. Ах, какая досада! А ты не спрашивала "Чувствительного отчаяния"?
Люси. Или "Записок леди Вудфорд"? Везде спрашивала, сударыня, и они были у мистера Фредерика, но их только что вернула леди Слаттерн в таком виде... перепачканные... с загнутыми уголками. - в руки взять противно.
Лидия. Ах, какая досада! Я всегда узнаю, когда книга раньше побывала у леди Слаттерн. Она оставляет на страницах следы пальцев и, должно быть, нарочно отпускает ногти, чтобы делать отметки на полях. Но что же ты мне принесла, друг мой?
Читать дальше