Галина Дятлева - Мастера портрета

Бронзино, вероятно, изобразил герцогиню именно так, как ей хотелось. Аристократы стремились предстать перед современниками (да и потомками) во всем своем блеске. И ослепительный наряд, так тщательно выписанный мастером, кажется более живым, чем холодное и высокомерное лицо Элеоноры.

Когда Бронзино создавал этот портрет, в семье Козимо Медичи еще не произошли те печальные события, которые сделали жизнь Элеоноры несчастной. В одном из писем художника есть такие строки о детях Медичи: «Наши ангелы чувствуют себя превосходно, мы их боготворим, и, кажется, Бог наградил их сверхчеловеческой прелестью. Мы надеемся, что Бог сохранит их счастье в дальнейшем».

К сожалению, судьба не была благосклонной к матери, которой досталась неограниченная власть, богатство и красота. Джованни Медичи, изображенный на портрете, умер в девятнадцатилетнем возрасте.

Его сестра, Мария, скончалась в шестнадцать лет. Столько же прожила и другая дочь Элеоноры Толедской, Лукреция.

Среди друзей Бронзино был известный флорентийский историк, епископ Паоло Джовио. На его вилле находилась большая коллекция портретов выдающихся личностей прошлого и современности. Крупнейшие итальянские художники создавали для него картины, которыми он и пополнял свое собрание.

А. Бронзино. «Портрет Лодовико Каппони», 1550–1555, собрание Фрик, Нью-Йорк

Бронзино тоже внес в коллекцию Джовио свое произведение. Он написал для епископа портрет знаменитого итальянского адмирала Андреа Дориа, прославившегося своими военными подвигами. В 1513 году, командуя генуэзскими галерами, адмирал изгнал французов, захвативших Генуэзский залив, а в 1532 году разгромил турок у греческих берегов. Как и многие полководцы той эпохи, Дориа не хранил верность одному правителю: он служил сначала французскому монарху Франциску I, а затем перешел на службу к императору Карлу V.

Андреа Дориа пользовался такой славой, что его изображение появлялось на медалях, а художники с радостью писали его портреты (в частности, известный мастер Себастьяно дель Пьомбо показал военачальника в плаще, стоящего в полный рост). Существовал даже проект создания скульптурного памятника герою.

Бронзино выбрал несколько неожиданную трактовку портретного образа. На картине «Портрет адмирала Дориа» (галерея Брера, Милан) знаменитый воин изображен в виде обнаженного властителя морей и океанов — бога Нептуна. За спиной Дориа видна корабельная мачта, приспущенный парус своим краем закрывает нижнюю часть его фигуры. Адмирал держит символ власти морского божества — трезубец.

На первый взгляд кажется странным, что художник так оригинально представил серьезного и заслуженного флотоводца, но для публики той эпохи нагота в духе античных скульптур не являлась чем-то необычным.

Бронзино действительно следует традициям античности. На его картине адмирал показан мужественным и сильным героем с правильными, красивыми чертами лица и необыкновенно развитой мускулатурой.

Но в этом произведении присутствуют и черты реалистического искусства: перед зрителем предстает не идеальный герой, а живой человек, облик которого отмечен печатью прожитых лет. Время уже слегка согнуло его стан, живот отвис, а на груди появились некрасивые складки.

И тем не менее эти признаки увядания человеческой плоти не останавливают на себе взгляд зрителя, так как общий тон портрета, его героическая пафосность заслоняют собой незначительные реалистические детали.

Среди шедевров портретной живописи Бронзино — «Портрет Лодовико Каппони» (1550–1555, собрание Фрик, Нью-Йорк). Юноша, изображенный на полотне, был выходцем из знатной флорентийской семьи и занимал должность пажа при дворе Медичи. Джироламо Муцио, автор книги «Ла Каппоньера», повествующей об истории семьи Каппони, так описывает Лодовико: «…по милости природы он хорошо и изящно делал все, что полагалось человеку благородного происхождения. Прекрасно владел оружием, ездил верхом, как мало кто в городе Флоренции, и танцевал лучше других, к удовольствию тех, кто это видел. Не уступал никому по изобретательности в маскарадах, не скупился на затраты. Он был не хуже тех многих, кто превосходил его богатством…»

Эти слова в точности соответствуют живописному портрету, созданному Бронзино. На лице юноши застыло холодное и высокомерное выражение, он словно надел маску придворного вельможи. Даже одежда Каппони, выдержанная в цветовой гамме родового герба (черном и жемчужно-белом тонах) выдает его аристократическое происхождение.