Брет Уиттер - Охотники за сокровищами

Кроме дома.

Он снова отложил ручку и посмотрел на коробки с подарками. Было 10 декабря, до Рождества оставалось еще две недели, но он не хотел больше ждать.

В первой коробке оказались подарки для французских детей. Он просил Элис не посылать их, поскольку он все время переезжал с места на место и ни с какими детьми знаком не был, но она все равно послала. На следующий день он взял подарки и отправился на улицу, где, к собственному изумлению, обнаружил детей, собирающих на улице фольгу, чтобы украсить рождественские елки. Немцы сбрасывали фольгу, чтобы заглушить сигналы радаров союзников, и это было единственное, чего на улицах имелось в изобилии. Он вспомнил собственное нищее детство и подивился чуткости Элис. Он выбрал стайку французских девочек, вручил им подарки, но и попросил кое-что взамен: чтобы они писали его сыну письма на французском.

Дорогой Деннис!

Уверен, ты будешь рад, если эта рождественская открытка 3-й армии будет написана только для тебя одного. Надеюсь, ты получил наплечный знак 3-й армии, который два месяца назад я вложил тебе в письмо.

На открытке наши танки прорывают позиции немцев в Нормандии, с боем входят в Бретань, стремительно проходят по Франции. Я все это видел, и, поскольку мы очень сильны, я не сомневаюсь, что уже скоро мы будем в Берлине.

Само зрелище потрясает, но на самом деле война – это очень плохо, поскольку причиняет огромные страдания людям, которые живут там, где идут бои. К тому же солдаты находятся далеко от дома, отчего они грубеют и иногда грустят.

Эту войну начала Германия, она вторгалась в одну маленькую страну за другой, пока Франции и Англии не пришлось объявить ей войну. Мы помогали Франции и Англии, но поначалу не воевали. Затем на нас внезапно напали японцы, и одновременно с этим Германия объявила войну Америке. Так что нам пришлось воевать, и сначала было очень тяжело, потому что мы не были готовы. Но теперь мы сильные, Англия тоже сильная и Россия, на которую напала Германия, сильная. Италия воевала на стороне Германии, но мы ее победили, и она перешла на нашу сторону. Франция была побеждена Германией, но мы ее освободили, и теперь она собирает большую армию. Мы освободили Грецию, Бельгию и часть Голландии, и теперь они помогают нам, а Китай с трудом, но освобождается от ига вероломных японцев.

И вот поэтому я уверен, что мы скоро победим Германию и Японию и так их проучим, что когда ты и другие мальчики вырастете, вам не придется снова сражаться с ними. И я надеюсь, что ни одна другая страна не последует их примеру и не будет задирать других, потому что война – это очень плохо.

Все это помогает мне примириться с тем, что Рождество я встречаю далеко от тебя и мамы. Надеюсь, ты замечательно проводишь время и тебе подарили много прекрасных подарков. Пожалуйста, купи от меня маме что-нибудь приятное на день рождения и Рождество.

Пока Роберт Поузи трудился в Восточной Франции, Уокер Хэнкок объезжал отвоеванные бельгийские города и деревушки у самой линии фронта. Где-то посередине своего путешествия он оказался в городке Ла-Глезе.

Город не вызывал благоговения, как Ахен, не обещал волнующих фронтовых находок вроде забытой на передовой картины Брейгеля – простые дома на тихом холме под необъятным и белым зимним небом. Зато тут царили мир и покой. Хэнкок заехал сюда ради собора, который, если верить списку охраняемых памятников, был построен в XI веке. Однако собор его разочаровал. Было сразу понятно, что спасти здание уже не удастся: старая каменная кладка разрушена, колокольня – снесена. Но во всех повреждениях винить следовало не войну, а бездарную реставрацию. Неясно было даже, как собор попал в список.

Но на улице было холодно, так что Хэнкок все равно решил зайти внутрь. Сразу за дверью, посредине нефа на небольшом постаменте стояла маленькая деревянная статуя Девы Марии. Он замер. Работа была довольно примитивной, но простота только подчеркивала невероятное изящество фигуры. Невысокая и хрупкая, она все равно будто возвышалась над всем пространством церкви. Одну руку Дева Мария прижала к сердцу, другую подняла в приветствии, и этот жест заставлял каждого преклониться перед ней. Это была простая, даже грубоватая работа, однако ее красота преображала все вокруг.

Кюре собора куда-то отлучился, но сотрудница туристического центра вызвалась показать Хэнкоку Ла-Глез. Вид на холмистые поля и Арденнский лес за ними был прекрасен, но сам город, в котором почти не осталось жителей, состоял лишь из ферм и маленьких магазинчиков и не произвел на хранителя никакого впечатления. А вот девушка – очаровала. Ее отец владел постоялым двором, но поскольку путешественники сюда давно не заглядывали, тоже подался в фермеры. Что до статуи, известной как Мадонна из Ла-Глеза, то ее выточили в XIV веке, но нашли всего 50 лет назад, в ходе очередной бездарной реставрации церкви. А в неф поставили несколько лет назад.