Александр Мазин - Цена Империи

– Ты тоже.

Максимин лежал на широком удобном ложе, опираясь на локоть и прихлебывал из кубка. Черепанову, сидевшему на складном стуле, выпить не предложил.

– Августы расположены к тебе, но их терпение могло закончиться в любой момент, – пробасил командующий. – А я сейчас не хочу ссориться с императором. Мне нужно его согласие на военные действия по ту сторону Данубия. Мне это важнее, чем кровожадность какого-то там принцепса, ты понял?

– Да, мой легат. Я понял: ты одобряешь мои действия.

– Одобряю. Но не понимаю, почему ты сформировал из них регулярные кентурии, а не отряд вспомогательных войск. Эти скифы воюют по-своему, но воюют совсем неплохо. Клянусь Марсом, если бы не ты – они бы ушли безнаказанными! На! – Он протянул Коршунову кубок. – Глотни, Череп! Ты будешь вознагражден!

Вино было густое и терпкое. Хорошее вино – Максимин понимал в этом толк.

– Я не собираюсь использовать их в качестве обычных солдат, – сказал Черепанов. – Ты прав: это неэффективно. И намерен сформировать из них… – Геннадий задумался: как сказать по-латыни «спецназ»? – Я намерен использовать их в тех боевых действиях, где требуются быстрота и скрытность. Эти парни совершили два значительных перехода по Мезийской земле – и сумели остаться необнаруженными. Ты слыхал об этом?

– Что-то такое слыхал. Это важно?

– Безусловно. Провести тысячное войско по обжитой, к тому же неизвестной территории – и остаться незамеченными – это искусство. Представь, каковы они будут, если их забросить… то есть отправить на ту сторону, в леса, которые им более привычны. Что будет?

– Скорее всего, они перебегут к нашим врагам, – хмыкнул Максимин. – Вспомогательные войска следует использовать, но доверять им нельзя.

– Нельзя, – согласился Черепанов. – но в данном случае – можно. Потому что их вождю, Алексию Виктору, я доверяю полностью, а он умеет с ними управляться. Более того, я намерен попросить его навербовать еще несколько сотен варваров – из числа тех же готов-гревтунгов.

– Дай сюда кубок! – потребовал Максимин. – Почему – несколько сотен? Несколько тысяч! Столько, сколько он сможет.

– А деньги?

– Деньги будут! – уверенно ответил командующий. – У наместника Туллия целый фонд – на подкуп варваров. Я его аннексирую – и этого хватит на содержание десяти тысяч наемников в течение года.

– Думаешь, Туллий Менофил согласится?

– А куда денется! – Максимин запрокинул голову и выплеснул в пасть оставшееся в кубе вино: эффектное зрелище. – Я еще четверть налоговой казны из него вытрясу! И пусть попробует не дать! Но все-таки зачем ты сделал из своих скифов легионеров? Надеюсь, не только для того, чтобы нацепить на палец своего дружка золотой перстень кентуриона?

– Не только! – Черепанов засмеялся. – Пусть поучатся правильному строю. Но главное: я хочу, чтобы эти дикие скифы поняли, что такое дисциплина. А усваивать это лучше всего именно в регулярном строю. Мой пил [29] Пил – старший кентурион в когорте. Гай Ингенс лично займется ими. Ты одобряешь?

– Делай, что считаешь нужным. Это твои люди. А если к следующей весне ты и твой сородич дадите мне хотя бы тысячу готовых в бою скифов, ты узнаешь, что такое щедрость Гая Юлия Вера Максимина! – и, понизив голос: – Ты понял, лев?

– Да, – ответил Черепанов, тоже вполголоса, чтобы снаружи не услышали, – да, Бегущий По Солнцу, я тебя понял.

С борта боспорского судна с греческим названием «Любимец Посейдона» Анастасия смотрела на гавань римского города Томы. Настоящую римскую гавань, с башней маяка, длинными пирсами, корабельными сараями и волнозащитными стенами, укрывающими суда от непогоды. Смотрела на две либурны, [31] Либурна – тип римского военного корабля. охранявшие вход в гавань, на сторожевые башни из аккуратных каменных блоков, на аккуратные дома, разделенные аккуратными линиями улиц. Она видела термы, и форум, и храм Нептуна, а за ним – круглое строение цирка. И фигурки людей в знакомой одежде.

Небольшая гавань и небольшой город, если сравнить с ее родной Антиохией Сирийской. Но все же настоящий римский город, свой…

Как же все хорошо закончилось, подумала Анастасия. Она снова дома. И больше не будет варваров. Никаких варваров, кроме одного. Ее собственного.