Артем Каменистый - Горечь пепла

Но Храннека, как говорится, уже понесло. На первых порах держался аккуратно, привел одного, потом еще одного, и тут опять примчалась пара. Бола пригодился – ловко спутанные ноги резко уменьшили прыть чуть отставшей твари. Трой устроил мальчишке легкий выговор за перебор, требуя вести себя так же осторожно, как вначале. Пепельники не тот враг, с которым можно увлекаться.

Тот послушался и привел одного. Но зато какого – или в прежней жизни это был очень высокий человек худощавого телосложения с ненормально крупной головой, или попался один из матерых. Трой, разглядывая городок с холмика, ничего похожего не заметил, видимо, где-то скрывался.

А теперь он с невероятной прытью несся за Храннеком, а тот, надрываясь изо всех сил, временами повизгивал, догадываясь, что добежать до затаившихся товарищей не успеет.

Трой тоже это понял и обернулся к Миллиндре:

– Сможешь попасть уроду в ногу?

– Сейчас – вряд ли. Далековато. В туловище смогу.

– Давай хоть так, надо этого длинного чуть-чуть придержать, Храннек не успевает.

Стрела попала пепельнику в левое плечо, заставив дернуться, но он ни на миг не притормозил, так и мчался в прежнем темпе, только теперь поглядывал дальше, за Храннека, на поднявшуюся Миллиндру и вокруг нее. Вторым выстрелом ему поразило брюхо, и с тем же нулевым результатом.

Трой, осознав, что обстрел из лука неэффективен, помчался навстречу Храннеку, занося меч для удара. Уже подбежав, прокричал:

– За мной! Не успеет!

Твари не хватило буквально пары шагов, чтобы дотянуться до спины Храннека. Трой, отклонившись в сторону, на параллельном курсе взмахнул мечом. Но вместо того, чтобы легко развалить бок до самого хребта, лезвие увязло в поразительно тугой плоти, а рукоять при этом едва не вывернуло из ладони. Сохранить оружие удалось путем неимоверного напряжения сил, перегруженное и извернувшееся запястье резануло болью.

Как могло получиться такое?! Откуда в мягком брюхе твари взялись твердые кости?! Да и что такое простые кости против древней магической стали?!

Удар хоть и не стал роковым, но тварь заметно озадачил. Пепельник наконец оставил мальчишку в покое, резко затормозил, злобно ухнул в лица набегающих ребят и ловким взмахом выбил копье из рук Драмирреса. Тот мгновенно отскочил, нагибаясь за потерянным оружием, а вставшая за ним Миллиндра в этот удобный миг спустила тетиву.

Девушка стреляла метко, к тому же расстояние всего ничего, а цель неподвижная. Стрела угодила в глаз урода, глубоко войдя в череп. Пепельник болезненно ухнул, попятился, ладонями ухватился за тонкое древко, потянул. И в этот миг Драмиррес, сделав резкий выпад, вонзил копье ему в брюхо.

– В сторону! – крикнул Клюпс, раскручивая боло.

Айлеф, уже собиравшийся врезать алебардой, отскочил, но бросок вышел неудачным, обвило туловище, а не ноги, прихватив при этом к боку руку, которой тварь тянулась к засевшему в ней копью.

Заклекотав и часто заухав, пепельник резво развернулся и, моментально разогнавшись, припустил вниз, направляясь прямиком к городу, на бегу разрывая путы когтями.

– Сейчас остальных уродов приведет! – в страхе вскричал не успевший добраться до места схватки Бвонг.

– Нет! – Храннек поспешно покачал головой. – Там… Там я видел, что двери церкви открылись. Выскочили люди с оружием, они сейчас дерутся с пепельниками. Я туда пошел глянуть на бой поближе, и тут этот выскочил из дома через окно и прямо ко мне направился. Он никого не приведет, все твари сейчас заняты людьми.

Трой, крутанув мечом, задумчиво произнес:

– Если люди проиграют, твари могут вернуться за нами. Надо бы помочь. Айриция и Клюпс – остаетесь с Мардуксом. Остальные бегом за мной.

В город вошли зрелищно, ведь скромную процессию возглавлял все тот же высокий уродливый пепельник. Неугомонная Миллиндра, провожая убегающего монстра, вбила ему в левую ногу три стрелы, и одна из них угодила под колено, видимо, удачно. Он теперь сильно хромал и растерял прежнюю прыть. Но все равно двигался чуть быстрее рашмеров, потому догнать его не получалось, но и разорвать дистанцию он тоже не мог.

Не такой тупой, раз сразу помчался прочь. Первый из всех, осознавший, что связываться с такими необычными противниками в одиночку не следует.

На окраине города расстояние между людьми и странной тварью превысило сотню шагов, Миллиндра уже не думала осыпать пепельника стрелами, чем поначалу пыталась заниматься прямо на бегу. Впереди слышался характерный шум битвы – крики ярости и боли, звон оружия, нечеловеческие вопли раненых тварей.