Артем Каменистый - Горечь пепла

– Забудь все, что было раньше, и тебе тоже будет легко.

Совет собрали в здании мэрии, на все том же первом этаже. Далс привел немногих – кроме него, было всего пятеро. Подошедшему последним Трою он их представил по очереди:

– Это Яридис – наш главный целитель, спаситель множества горожан. Вот Окер-Молот – по званию понятно, что этот грубиян с черным лицом – мастер работы с металлом, он заведует главными мастерскими. Тарлей – лицензированный алхимик и большой умник, мы все подозреваем, что он сюда попал за какую-то провинность, но не признается. Традиор Арх – один из основателей города, без него Шамбрис никогда бы не стал таким, каким он стал, но сам Арх – личность, ранее считающаяся скользкой, он до сих пор себя ведет так, чтобы в нем не заподозрили отца-основателя. И наша Фамиция Гонтье – душа Шамбриса, содержательница единственного городского салона, платья, которые там шьют, не стыдно носить даже в самых блистательных столицах, и вообще у нее много разных достоинств, в том числе ноги, растущие от основания ушных раковин.

Яридис Троя удивил, не таким он представлял себе целителя. Человек с магическим даром спасать других, способный вытащить человека, одной ногой уже переступившего через черту между жизнью и смертью. Он должен быть посолиднее и обязательно с бородой. А Далс указал на парня лет двадцати, ну максимум двадцати двух. Крошечные усики, лицо застенчивого молодого человека, не знающего куда глаза девать. Очень высокий рост не прибавлял солидности, потому что все портила болезненная худоба.

Эдакая всего стесняющаяся ходячая оглобля.

Окер-Молот полностью соответствовал своему прозвищу. То есть к массивному молоту кто-то приделал руки и ноги, после чего решил, что на этом облик завершен, и резко свернул работы. Главная черта внешности – солидно выглядевшая борода, скрывавшая лицо почти до глаз. Он не слишком высок, сравним с Троем, зато плечи такие, что завидно смотреть. Должно быть, силищи у этого бугая побольше, чем у пары таких, как Бвонг.

Глядя на алхимика Тарлея, можно было заподозрить лишь одно – лицензия у него фальшивая. Уж очень похож на мелкого мошенника, да и глазки все время подозрительно бегают. Покрепче целителя, но субтильный, и по всему заметно, что боец из него никудышный.

Традиор Арх выглядел не просто древнее города, а древнее всей этой затерянной в горах долины. Высохшая до костей мумия, облаченная в серую одежду. Многочисленные складки выпирающих век до того закрывают глаза, что он походит на слепца. По мнению Троя, такому самое место на дороге к погосту, или хотя бы пора всерьез готовиться к последней прогулке по этому пути. На совете, где решается судьба Шамбриса, ему точно делать нечего. Но Далсу виднее.

Фамиция Гонтье – единственная женщина – выглядела ходячей рекламой своих платьев. То есть одета не для войны, а для званого приема. Не молодая, но и не старуха, точный возраст не определить, слишком много румян и прочих ухищрений, местами навязчивых, но совсем уж явной безвкусицы не наблюдается. Что здесь делает эта дама – тоже непонятно, Трой ожидал, что соберутся куда более нужные в такой ситуации люди.

Вроде Окера-Молота – вот он точно из таких. В нем чувствуется крайморский стержень, как в том рыбаке Псегресте, который способен нестись сквозь бурю на легкой лодке и при этом хохотать от неописуемого счастья.

Ну да, совсем уж нормальным на Крайнем Юге можно оставаться не всегда и не везде.

Далс указал на Троя:

– Этот парень на вид молокосос, но его, видимо, как следует учили. Умно поговорил с конторой в Новом Даллене, я так не смог, они там такие нудные, что очень хотелось сказать им много нехороших слов.

– Они и здесь были не лучше, – буркнул Окер-Молот. – Я даже одному глаз подбил, потом штраф пришлось платить за этого нытика.

– Трой, скажи то, что мне говорил. Или не договорил. Говори нормальным языком, здесь все люди простые и понятливые.

– Пусть сперва скажет, что он за птица такая, – потребовал бородач.

– А тебе не все ли равно? – спросил алхимик. – Трой настоящий рашмер, а рашмеры нам сейчас не помешают.

– Нет, не все равно. Достаточно того, что я терплю одного тебя, проходимца, лишних мне не надо. Говори уже, Трой, мы должны это знать.

Трой был озадачен. Ну что может поведать о себе человек, который недавно начал жизнь с чистого листа. Пожал плечами:

– Вы знаете, кто мы, как попадаем сюда и за что. Я рашмер, и этим все сказано.