Владимир Белобородов - Норман

– Но как?

– На любое плетение есть другое, способное одолеть противника, – протягивая обратно жезл, произнес эльф.

Дальше все вместе разглядывали жезл. Малик объяснил, что на ручке имеются специальные места, на которые ложатся пальцы, если подать силу по указательному, то встает воздушный щит.

– А зачем тогда накопители, если силу надо подавать? – поинтересовался я.

– Силы нужно немного, только чтобы активировать плетение, а на сам щит берется из накопителей.

– А чего тогда маешься, направь из каждого пальца силу и узнаешь, что еще может жезл.

– Да, и выпустить огненную стену, скажем, или какое-нибудь плетение, которое меня убьет. Бывает, в такие жезлы специально вкладывают плетения, убивающие взявшего, чтобы никто не мог воспользоваться. Нет, надо знать, что выпускаешь.

Накормив живность, я лег спать. Утром проснулся не один, рядом спала Софья, между нами притулились волчата. Носик Софьи мерно посапывал, белокурый локон скатился на личико. От нее исходил приятный аромат трав. Попытавшись встать, я своим шевелением разбудил девушку.

– Ой, – встрепенулась она.

Оказывается, ночью один из волчат приполз к ней, Софья спросонья притащила его обратно да так и уснула вместе с ним.

– Лишь бы никто не видел.

– Ага, с учетом того, что уже все встали.

В шатре, кроме нас, никого не было.

Надо ли говорить, что Софья появилась из шатра только через часть, при этом была пунцовая как вареный рак, которыми как раз и кормил нас сегодня Лекам. Я вышел с выводком мохнатых на руках раньше, под дружеское одобрительное мычание всей компании. Малик, принеся уже готовую похлебку для волчат, похлопал меня по плечу:

– Ох и намаешься ты с ней.

Спорить, оправдывая Софью, было бессмысленно. Все явно ждали нас, каждый приготовил шутку, и оставить их без такого развлечения было невозможно.

При появлении Софьи первое время все шло как обычно. Начал, на удивление, эльф, пространно интересуясь у Храма:

– Интересно, баронство передается от жены к мужу?

– Да разве в баронстве дело! – философски заметил Храм. – Ведь что главное? Главное, чтобы люди любили друг друга.

Софья старалась держать себя гордо, но при этом краснела.

– Настоящий воин может и завоевать баронство, – поддержал отец.

– Даже если он темный маг? – внезапно спросил Солд.

Не удивлюсь, если они заранее распределили роли, так как Солд к шуткам не был предрасположен.

– Вот тут тяжелее. Если бы был светлым – то да, они и так звание получают. А темный – не знаю.

– София, а ты бы пошла в вечное изгнание за любимым, ну, если бы он был темным? – подключился Малик.

Видимо, Софья тоже поняла, что ее просто так не оставят в покое, поэтому, вытерев губы полотенцем, встала, подошла ко мне и сказала:

– Не обращай на них внимания, любимый, пусть завидуют.

Театрально стерла пальчиком несуществующую соринку с моей щеки, наклонилась, поцеловала в щечку и гордо направилась к реке. Я решил подыграть:

– Не задерживайся, дорогая!

– Хорошо.

– А щенят вы усыновите? – не сдавался Малик.

– Если ты о себе – то обязательно! – донеслось уже почти от реки.

– Эх, как она нас, – вздохнул орк, – даже до свадьбы не дошли.

Видимо, они действительно готовились.

Правда, слова «жених», «невеста» и подобные надолго вошли в лексикон присутствующих.

День был посвящен завтрашнему отъезду. Однако орк успел погонять меня в стрельбе, потом нас вместе с Маликом и добровольно вызвавшейся Софьей поучил мечному бою. При этом Софья доказала, что не зря выпросила меч. Малика она разделала в пух и прах и даже меня раз достала обернутым в тряпку мечом:

– Меня отец учил, говорил, что в нашем мире эта наука не может быть лишней. Как знал.

После этого за меня взялся Лекам. Когда я в очередной раз уснул, Малик, глядя на мучения Лекама, изрек:

– А меня учитель на табурете медитировать заставлял. Усаживал, заставлял ноги подбирать под себя кренделем, и если я засыпал, то падал. После двух падений сон как водой смыло.

– Да твой учитель гений! Спасибо за подсказку! – оживился Лекам.

– Всегда пожалуйста, – глядя на меня с хитрой усмешкой, сказал Малик.

– Знаешь, родственничек, кто будет моим противником на следующем занятии у Храма?

С этого момента мои занятия с Лекамом перестали быть томными. Попробуйте расслабиться, сидя на валуне, и при этом не концентрироваться на падении.

За сборами и тренировками день пролетел незаметно. Вечером, зайдя в шатер, я увидел наши с Софьей одеяла, уложенные вместе. «Малик!» Я перестелил одеяло Софьи обратно.