Василий Панфилов - Европейское турне

Поневоле научился писать кратко и очень ёмко, но достаточно образно. Но даже так два-три часа в неделю уходит на письма.

Немало! Особенно если учесть, что по-прежнему пишет пьесы, пусть пока в стол, занимается архивами и учится. Благо, университеты этого времени не знают таких вещей, как рефераты и промежуточные экзамены [66] Немецкая модель университетов давала студентам максимальную академическую свободу, опираясь на семинары, лаборатории и самосознание студентов. Была ещё и французская модель, с жёстким контролем всего и вся. .

Считаешь себя готовым специалистом? Иди экзамен сдавай. Да и то, диплом государственного образца по большому счёту нужен только тем, кто работает на государство.

Своеобразно, но работает. Кто хочет заниматься наукой или получить серьёзную специальность, может идти к цели, игнорируя второстепенные предметы. Кто приходит ради Братств, всё равно учиться приходится, откровенных неучей и лоботрясов презирают. Могут терпеть, если те усиленно трясут мошной, но уважения неучам не видать.

В сторонку письмо Фреда, его последним. О! Леблан написал?

Алекс насторожился, подозревая неприятности с патентами, и быстро разрезал конверт.

«– Я посчитал, что это может быть вам интересным», и статья из французской газеты со статьёй Карла Маркса, дискутировавшего с последователями Прудона [67] Первый человек, назвавший себя анархистом. Марксистскими критиками рассматривался как мелкобуржуазный социалист. . Были в конверте и статьи прудонистов.

Интересно, но во многом наивно и даже глупо. Попаданец сам не заметил, как начал составлять тезисы, споря как с Марксом, так и с последователями Прудона.

Поймав себя на этом, засмеялся нервно, и отложил было письмо. Почти тут же протянул руку к статьям и ещё раз внимательно пересмотрел их, покусывая губы.

– Ведь нарываюсь же, – пробормотал Алекс, но всё-таки сел писать тезисы. Великим мыслителем себя не считал, но послезнание даёт о себе знать.

Если основоположникам социализма напишет человек, который знает, что такое социалистическая система… Пусть не сам, а из рассказов матери и её подруг. Из учебников истории и статей в интернете. От свидетелей.

Два часа спустя решительно запечатал конверт, где изложены такие понятия, как Народная собственность и Плановая экономика.

Попаданец подозревал, что от такого письма правоверный коммунист схватился бы за голову, но В споре рождается истина. В конце концов, социалистическая система была… будет вполне рабочей, пусть и не без огрехов.

Может быть, классики с помощью его письма придумают что-то более интересное. Или чуть раньше, или… Неважно, лишь бы история стала чуть лучше, чуть менее кровавой.

– Будущее будет светлым, или его не будет вовсе, – сказал он вслух и сам напугался: фраза прозвучала предсказанием.

Четырёхэтажное каменное здание, бывшее в девичестве мельницей, а после – ткацкой фабрикой, ныне простаивало без дела. Возвышаясь на высоком холме, в окружении нескольких величественных деревьев, поросших от старости и сырости мхом, смотрелось оно восхитительно, прямо-таки напрашиваясь на гравюры.

– Дёшево сняли, – похвалился фон Нарбэ, вальяжно опираясь на трость, чуть провалившуюся в сырую от недавнего дождя землю, пахнущую прелой листвой и увядшими травами.

– А главное, ломать тут нечего, – негромко добавил попаданец, копируя позу.

– Понимаешь буршей, брат-студент! – хохотнул Адольф, – Не без этого!

Студенческий старейшина, стоя на холме в окружении таких же старейшин и уважаемых гостей, с гордостью окинул взглядом место праздника.

– Внушает, а? – Один из буршей обратился к Алексу, показывая на собирающуюся молодёжь, – столько народа!

Фокадан вежливо покивал, включив артиста, но на деле зрелище не впечатляло. Порядка трёхсот человек, и будет ещё около ста. На сельских дискотеках народа больше!

Хотя… только сейчас попаданец в должной мере осознал, что значит университетское образование в девятнадцатом веке. В двадцать первом веке большая часть молодёжи могла похвастаться дипломами о высшем образовании.

Здесь и сейчас вряд ли даже в германских землях, сделавших ставку на образование [68] Взлёт экономики Пруссии в конце девятнадцатого века был обусловлен в том числе и доступностью образования. Школьное, специальное и университетское образование было доступным. Помимо того, Пруссия всячески поддерживала издательское дело, отчего в продаже имело огромное количество самых разнообразных и что немаловажно – дешёвых книг. , наберётся хоть один процент людей, учившихся в университете.