Батарейка (СИ)

Мне определённо становится легче.

Ужин проходит на удивление в тёплой обстановке. Ика, завидев меня, тут же забирается на колени и сидит там смирненько, пробуя всё сладкое-вкусное, что выставлено на столе, и принимая поглаживания по голове от сидящего рядом Ярри-Мо. Мои братья и отцы делают всё, чтобы мои друзья и я не чувствовали себя обделёнными вниманием. Они сами рассказывают о Фэкоре, потом папа Турзо говорит, что завтра в поместье приедут два лучших в Фэкоре Целителя и их Источник – Супруги. Они осмотрят Скарелла и уже завтра смогут излечить его, тем более, что Фехт может оказать им необходимую помощь. Потом папа Норгейль заявляет, что для желающих продолжить образование будут открыты двери Столичного университета.

- А есть там факультет, где изучают историю? – неожиданно для себя спрашиваю я.

Оказалось, есть, и папа Норгейль интересуется, почему я хочу обучаться именно там. Тут мы все начинаем рассказывать про обнаруженную нами лабораторию, про события, предшествовавшие Божьей Буре, про Дарью Алексееву, а когда я упоминаю о привезённом ноутбуке, Ярри-Мо аж подпрыгивает от восторга, изъявляя желание немедленно на него посмотреть.

Я приношу ноут, и объясняю, что его непременно нужно подзарядить, иначе работать он не будет. К моему удивлению родственники кивают головами при слове подзарядка, а Радегаст объясняет мне, что в университете есть отделение Научной Магии, где изучают всякие диковинные артефакты, оставшиеся с древних времён. Так что об электричестве здесь имеют понятие, однако спектр его применения пока невелик. Во многих случаях обычная Магия и выведенные за много столетий с помощью селекции живые приспособления гораздо выгоднее. Я спрашиваю, что значит – живые приспособления, а Келагаст вместо ответа показывает на светящийся шар под потолком. Странно, а я всегда думал, что они магические.

- В Глинтии – да, светильники такого типа именно магические. А у нас выведены специальные светящиеся водоросли. Это проще и дешевле. Днём у них идёт процесс фотосинтеза, а вот когда происходит уменьшение освещения – они начинают светиться, и чем темнее, тем сильнее, - заметил Келагаст.

Услышав слово «фотосинтез» я вообще в осадок выпал. Похоже, что в научном плане фэрхи опережают глинтийцев на порядок. Тогда почему они до сих пор не завоевали Глинтию?

Как оказалось, последний вопрос я озвучил.

Отвечать мне взялся Радегаст:

- Понимаешь, братишка, Глинтия и Фэкор изначально скроены по разной колодке. Великий Господин Глинтии – жестокий тиран, да простят меня наши уважаемые гости, и как все тираны, он весьма агрессивен. Большинство войн между Глинтией и Фэкором развязывала именно Глинтия. Бывали века, когда ей удалось отвоёвывать у нас очень большие куски приграничных территорий, а Фэкор с трудом сохранял статус-кво. Но сейчас мы на редкость сильны. Однако, мы достаточно мирные и не хотим лезть в дела соседнего государства, пока это государство не трогает нас. Мы не хотим завоёвывать Глинтию потому, что это будет именно завоевание, насильственное присоединение, которое глинтийские Благородные воспримут однозначно.

- Как же так? – прошептал я, - Там людей в рабство продают… Там наказывают так жестоко, что сказать нельзя… Там все трепещут перед Великим Господином… Там у низших нет никаких прав перед Благородными. Там Источников превратили в живые бестолковые секс-игрушки. И вы ничего не можете с этим сделать?

- Нет, малыш, - вздыхает папа Норгейль, - насильно осчастливить нельзя. И если мы завоюем Глинтию даже с самыми благородными целями, жители Глинтии воспримут это не как желание помочь, а именно как завоевание. И все наши благие начинания будут непрочными. Глинтия должна пройти свой собственный путь. Мы же делаем, что можем – принимаем глинтийских беглецов и стараемся дать им второй шанс. Понимаешь?

Я киваю. Глупая надежда ворваться в Осанну во главе армии, разбить Великого Господина в эпической битве и установить всеобщий мир, счастье и процветание меркнет. Неожиданно папа Норгейль подмигивает мне:

- Но это не значит, что мы не хотим узнать тайну Великого Господина. И что у нас нет службы разведки. Так что, при желании…

Он не договаривает, потому что папа Турзо сердито шипит:

- Ты на что ребёнка соблазняешь? Дай ему привыкнуть, оправиться от пережитого, а потом уже пусть сам решает, что ему делать. И вообще – хочет мальчик историей заниматься – пусть занимается. Именно в прошлом секреты будущего.