Иван Безродный - Массандрагора. Взломщики

– Нет, не бойся, не убили бы, – рассмеялась Станнум, видя вытянувшееся лицо Соломона. – Есть такие штуки, называются парализаторы, выключают память на несколько прошедших минут; как правило, этого бывает достаточно.

– Ух ты! – ответил ей тогда Павел. – Типа как в «Люди в черном»? Щелк, вспышка – и все всё забыли?

– Почти, – невесело хмыкнула девушка, – только грубее. Ты еще и теряешь сознание, и башка потом нехило трещит… Наверное, к тебе парализатор и применили, но издалека, не рассчитали – вот ты все потом и вспомнил, поэтому и в отключке недолго пробыл.

Потом Соломон рассказал, как бежал за фургоном, не выдержав, украл мотороллер, настиг их перед заездом под арку и…

– А там опера́ переместили машину, вместе со мной в параллельный мир, – пояснила Станнум. – Наговорили всякого, взяли типа подписку о невыезде и отпустили. А что? Я же не знала, что ты, оказывается, кан-ди-дат! Кстати, а как ты тогда оказался рядом со мной, ну, в первый раз, на боксерском ринге, а? Случайность?

Соломон в общем-то врать умел. Не краснея, он заявил, что это и правда чистая случайность, воля вселенной, и не более того. Мол, так было угодно небесам. Мило улыбнувшись, Станнум если и не поверила, то не стала допытываться, как оно все случилось на самом деле.

Но встречаться им пока было нельзя. Девушка работала вместе с Берманом в аналитическом отделе, а Павла взяли программистом к некоему Гордееву – сидели они в разных местах, и это на первых порах только осложняло дело. Мол, через пару месяцев, после прохождения так называемого адаптационного периода, им, конечно, разрешат встречаться, но пока…

– Даже не пытайся увидеться со мной, – сказала ему Станнум. – Я тебя уже знаю! Не наломай дров, пожалуйста! Не будем рисковать, хорошо? Потерпишь?

– Потерплю, – улыбнулся Соломон. – Но потом… ух!..

– «Ух», еще как будем «ух», – хохотала девушка.

– А чего ты вырядилась словно на выпускной? – спросил чуть позже Соломон.

– Нравится? – Она кокетливо покружила подолом платья. – То-то! Не люблю я, честно говоря, такие фасоны, да обязали, знаешь ли, – с мероприятия я одного, юбилея начальственного. Но, узнав, что ты в Метрострое – есть тут свои люди, сказали – мигом к тебе. Цени, дурачок!

– Еще как ценю! – и Соломон в очередной раз притянул к себе Станнум.

И вот, после тягостных выходных, первый рабочий день. Он снова стоит у выхода из метро, а из него так и прут важность и величие, скрывая истинные неуверенность и волнение. Пять минут девятого, шесть…

– Эй, за мной. – На этот раз сопровождающий был довольно строгого вида, уже начавший седеть господин средних лет в костюме и с большим портфелем – ни дать ни взять бизнесмен. – Не оборачивайся. Идем не спеша.

Они вышли на проспект, а затем сели в новую модель БМВ, весьма недешевую, на задние сиденья. Стекла там были сильно тонированными. Больше никого в машине не оказалось.

– Готов? – спросил мужчина.

Соломон напрягся. «К чему это еще?» – с неприязнью подумал он.

– Прыгнуть, – пояснил мужчина и представился, протягивая руку: – Пахмутов Валерий Яковлевич, твой временный руководитель на период адаптации. Хотя видеться мы, наверное, будем редко.

– Павел Крашенинников, – ответил хакер. – Позывной – Соломон.

– Вот и отлично, Павел-Соломон, – сказал Пахмутов и внимательно посмотрел через лобовое стекло. – Ну вроде рядом никого. Держись! – Он просунул руку под сиденье, чем-то щелкнул, и…

И они оказались совсем в другом месте. Небольшая квадратная комната и полумрак – лишь желтый сноп света проникал из-за приоткрытой двери. Они сидели на мягком диване; справа кулер с водой и вешалка, слева журнальный столик и небольшой телевизор. Из-за двери слышались шум и невнятные разговоры, еле различимо тянуло сигаретным дымом.

– Опять свет выключен, – проворчал Пахмутов, поднимаясь с дивана. – Ну, Павел, мы на месте, идем.

Он включил люстру и повел Соломона в соседнее помещение. Там находилось что-то вроде большой комнаты отдыха, совмещенной с контрольно-пропускным пунктом: несколько стульев, старенькие торговые автоматы, бильярдный стол, книжный шкаф, гардероб, а также стойка, за которой сидел охранник в синей форме и фуражке с уже знакомой Соломону кокардой. У представителя охраны порядка было довольно широкое лицо, темные глаза и большой нос с горбинкой.

– Доброе утро, Валерий Яковлевич, – почтительно склонил он голову перед Пахмутовым.

– Доброе, Джунгар, – кивнул в ответ тот и вытащил из кармана пропуск. – Сегодня без происшествий?