Падает скорость, машина опускается на стойки и чуть на них проседает, тяжело при этом вздыхает, встряхивает крыльями. Ну это-то и понятно, мне и самому там, в небе, лучше и легче. Там я почти свободен. Если бы ещё и мог самостоятельно летать… Как птица…
По инерции скатываемся в сторону, мнём колёсами редкую выгоревшую траву, катимся к месту стоянки. Там плавно торможу и даю команду на выключение двигателей. Переглядываемся с Игорем, отстёгиваемся и дружно подрываемся с места, покидаем кабину и оставляем самолёт на бортинженера. Потребности в лесенке ни у меня, ни у Сикорского нет, поэтому поочерёдно приседаем на обрезе открытой двери и, придерживаясь рукой за пол, спрыгиваем вниз, на землю.
Так же молча отходим к ангару, прячемся в его тени от послеполуденных горячих солнечных лучей.
Сикорский не выдерживает первым. Это-то понятно – изобретатель и конструктор переживает за своё детище.
– Ну, как?
– Отличный самолёт! И в управлении лёгкий, и летит выше всяких похвал, – не задерживаюсь с ответом.
Дальше обычные авиационные разговоры, о которых скучно рассказывать. Да и не интересны они неспециалисту. Основные интересующие меня вопросы решаю отложить на потом. Не здесь их обсуждать нужно…
– Если следовать твоему совету, то придётся утяжелять машину. Усиливать дополнительно броневую капсулу. Интересно, что из этого в конечном итоге получится? Хотя-я… Должно мощности моторов хватить! – подвёл итог Сикорский. – Ну что? Поехали, пообедаем?
По общему согласию отобедать решили в «Астории». А что? Дело-то стоящее! Всё-таки новая машина, новые моторы, усиленная конструкция фюзеляжа и крыльев. Центроплан и лобовая часть обоих профилей снизу и сверху зашита самой тонкой фанерой, что значительно увеличивает жёсткость крыла. Соответственно и его грузоподъёмность. Ну, тут не всё так однозначно, многое и от двигателей зависит. Нужно на практике проверять. Расчёты расчётами, а практический опыт лучше всего. Да и не будет заказчик на наши цифирки смотреть. Ему лучше объём и количество груза в натуральном виде показывать. Вот тогда он действительно впечатлится! И деньги заплатит. На заказы расщедрится. И это не только частника касается, но и госслужащего. Всё-таки основной заказ у нас казённый…
Сидим, неторопливо обедом наслаждаемся. Ну и разговоры ведём, планы дальнейшие строим. Не без этого же… Слишком много положительных эмоций у нас после полёта. Вот только на этот раз по молчаливому согласию спиртное решили проигнорировать полностью. И Игорь за рулём, и у меня никакого желания продолжать вчерашний загул нет. Хотя помню, ходила у нас в курсантской среде ещё в той моей бурной молодости подходящая как раз вот для подобного момента поговорка: «Если лётчик не курит, то к нему нужно присмотреться. А уж если не пьёт, то надо гнать его из авиации…» Было… Всё когда-то было… И семья была, жена и дочь… Ух, как внезапно накатило!
Голову опустил, стараюсь глаза не поднимать. Ну нет абсолютно никакого желания свои эмоции демонстрировать. Публика в зале хоть и степенная, воспитанная, но нет-нет, а иной раз в нашу сторону поглядывают. И перешёптываются между собой тихонечко. Узнали. Кого конкретно из нас, даже гадать не хочу, не до того мне сейчас. Вот лучше сельтерской газированной бокал выпью. С пузыриками…
– Сергей Викторович? Игорь Иванович? Не помешаю своим присутствием?
Ну, вот. Сглазил! Поперхнулся! Слишком неожиданными оказались для меня прозвучавшие чуть сбоку и сверху слова. Даже пузырики в нос шибанули, заставили скривиться, поперхнуться. Но это и хорошо! Теперь выступившую в уголках глаз предательскую влагу можно на это дело списать…
А Игорь-то уже расстарался, на ноги вскочил, раскланялся в приветствии. Хотя голос-то у гостя знакомый…
Приподнял подбородок, покосился глазом на неожиданного визитёра. М-да. А ведь придётся вставать и здороваться, отбрасывать в сторону мои воспоминания и последовавшее за ними поганое настроение… Да не просто вставать, а лихим чёртом вслед за Сикорским на ноги подрываться, потому как это сам Эссен, Николай Оттович, командующий флотом на Балтике почтил нас своим личным присутствием. И за «визитёра» мысленно у него прощения просить!
О, да за ним ещё и адъютант замер соляным столбом, давнишний мой знакомец по Ревелю старший лейтенант Ичигов Алексей Владимирович. Улыбается мне довольно.
А Эссен между тем продолжает:
– А я-то чуть было мимо не проскочил! Да хорошо Алексей Владимирович… – адмирал глаза за плечо скосил, – вас вовремя углядел и мне подсказал: «Смотрите, докладывает, ваше высокопревосходительство, наш герой и ваш добрый товарищ за столиком в углу от почитателей скрывается…» Поэтому прошу прощения, но… Не утерпел! Решил самолично подойти, честь оказать. Шучу, конечно. Алексея-то вы бы точно прочь завернули. А со мной у вас этот номер не пройдёт!
Читать дальше