Денис Кащеев - Краденая магия. Часть 1 [СИ]

Хозяин «Москвича» — а может быть, и всей Москвы — встретил нас стоя на ногах — под крышей его экипажа легко можно было выпрямиться в полный рост. Лицом к лицу Светлейший князь Всеволод показался мне даже еще моложе, чем до того — больше тридцати лет я бы ему теперь никак не дал. Галантно поцеловав руку Наде и обменявшись со мной крепким неформальным рукопожатием, Романов предложил нам присесть на диванчик, сам же опустился на второй, спиной по ходу движения. О том, что таковое движение уже началось, я понял только по промелькнувшему за окном деревцу — впрочем, плавностью хода «Москвичей» меня уже было не удивить.

Тем временем из-за занавеси, где прятался слуга, один за другим выплыли три наполненных рубиновой жидкостью высоких хрустальных бокала. Хозяин поймал свой прямо в воздухе и жестом указал нам на два других, успевших опуститься на столик:

— Прошу, молодые люди. Помянем князя Сергея.

Я пригубил из бокала. Это ожидаемо оказалось вино. Недурное, да что там — великолепное, но за столом у Огинского подавалось не хуже. Знаток из меня, конечно, так себе, но разница между теми напитками и этим была далеко не столь очевидна, как, скажем, между коляской Сергея Казимировича и пафосным экипажем московского наместника.

Светлейший князь Всеволод залпом опорожнил свой бокал. Я постарался от хозяина не отстать, но мне для этого потребовалось сделать пять или шесть больших глотков. Надя за нами гнаться не стала — не отпила и половины.

— Огромная потеря, — проговорил Романов, отпуская бокал — тот сразу же отправился в полет за шторку лакея. Следом за ним упорхнул и мой, который я было поставил на стол. — И для Империи, и для меня лично. К сожалению, с князем Сергеем мы так и не стали близкими друзьями, но единомышленниками являлись без сомнения. Это был незаурядный, я бы даже сказал, великий человек. Образец дворянина. Надеюсь, юноша, что вы не посрамите доставшуюся вам фамилию, — разве что не пригвоздил он меня пронзительным взглядом к спинке сиденья — до этого обращался куда-то в пространство между мной и Морозовой, а тут специально повернул голову.

— Я тоже на это надеюсь, Ваша светлость, — выговорил я, не особо понимая, как тут нужно реагировать.

Впрочем, наместника такой ответ, кажется, вполне устроил.

— Времена грядут суровые, — одобрительно кивнув, снова заговорил Романов. — К сожалению, не все сие понимают — даже в Петрополисе… — в словах Светлейшего князя мне явственно послышались отголоски произнесенной им недавно на церемонии речи. — Как бы то ни было, придет час, когда от каждого из нас потребуется отдать Империи все, что у нас есть — и даже немного больше. Еще, конечно, не нынче. И не завтра. Но однажды сей момент настанет. И нужно оказаться к нему готовым… Как думаете строить свою жизнь, сударь, чтобы гроза не застала вас врасплох? — внезапно спросил он.

А вот на этот вопрос у меня было, что ответить.

— Мы с Надеждой Александровной намерены поступать в Федоровский кадетский корпус, — с некоторым даже апломбом заявил я.

— Похвально, — снова кивнул Романов. — В некоторых кругах сие учебное заведение, возможно, котируется и не столь высоко, как столичная Борисовская Академия, но подготовку дает как минимум не хуже оной. Уж мне-то сие ведомо: как московский наместник я возглавляю попечительский совет Федоровцев и в курсе всех их дел. И скажу, не хвастаясь: отличных офицеров выпускаем!

А еще поступившим туда сиротам не нужен опекун. Вернее, опекуном их автоматически становится сам кадетский корпус. И никакой граф Воронцов тут ничего уже не поделает — будь он хоть трижды предводителем дворянства!

И да, разумеется, это было не единственным достоинством Федоровского кадетского корпуса. Вне столицы, Петрополиса, он являлся одной из лучших высших школ магии — на этот счет мнения Романова и Нади полностью совпадали. Именно туда, собственно, и готовилась поступать Морозова, еще когда жив был Сергей Казимирович.

Но, как у любой красивой медали, у этой имелась своя оборотная сторона. Популярность подразумевает конкурс. И будь ты хоть новоявленный молодой князь, хоть одаренный сын простого мастерового — изволь пройти через горнило жесткого отбора. И если превратить воду в вино на экзаменах все же едва ли потребуют — разве что в порядке избитой шутки, то продемонстрировать иные магические навыки абитуриентам по-любому придется.

Ну а у меня пока с навыками этими было сами знаете как. Никак — один сплошной потенциал.