Владимир Свержин - Крона огня

— Так, ментальные свойства оставим ментам, говорим проще: могут залезть в голову и сидеть там, как червь в яблоке.

— Хорошо, пусть будет так. Я немного о другом. Разные народы, видя разные проявления этой цивилизаторской группы, порою расходятся в описании жизнедеятельности своих воображаемых богов. То есть все проявление описанных в священных текстах божеств есть постфактовая словесная фиксация некоего впечатления участников встреч с неведомыми цивилизаторами. Такие фиксации имеют позднейшее культурное наслоение и уже потому не тождественны реальности. Следовательно, не могут, как таковые, восприниматься научным сообществом. Но при сравнительном анализе чаще всего выявляется множество совпадений в описаниях свойств учителей — цивилизаторов рода человеческого, превратившихся в их сознании в демиургов.

— Спорно, замороченно, но излагаешь красиво. И все же, не скатываясь в лекцию о чувственной природе непознаваемого, скажи, к чему ты ведешь?

— Если золотой блеск — не напыление и не вживление микрочастиц металла в структуру пергамента, значит, это иное — изначальное свойство материала.

— Ну-у…

— Я помню только один пример, в котором описывается нечто со столь необычными свойствами. Это Золотое Руно.

— Погоди, погоди. — Лис останавливающим жестом поднял руку. — Я, конечно, в курсе, что Золотое Руно — это не только сигареты. Но, с одной стороны, речь там шла не о пергаменте, а о бараньей шкуре, а с другой, насколько я помню, изначально это было обычное руно, которое использовали на Кавказе, чтобы мыть золото.

— Это лишь версия. Красивая, но маловероятная, — перебил Ла Валетт. — А эллинский миф гласит, что необычного барана по велению Зевса послала на Землю богиня облаков. Это важно, ибо обычного круторогого овна должна была посылать совсем другая богиня.

И этот облачный барашек отличался весьма полезными качествами: мог летать по воздуху, плавать в воде не хуже дельфина, и это с парой седоков на спине. Можно сделать обоснованное предположение, что богиня облаков попросту обратила одного из своих, так сказать, подопечных в священное животное.

— Как вариант. Богиня вдруг заметила сходство между облаками и баранами. И шо нам это дает?

— Сейчас попробую объяснить. Когда на картинах, изображавших Данаю, рисовали золотой дождь, чаще всего его символизировали золотые монеты. То есть солнечный свет, с помощью которого верховное божество нисходило на Землю, воспринимался именно так — некое золотое сияние неизвестной природы.

— Так, остановись! — Лис наставительно поднял указательный палец. — Ты пытаешься втолковать, шо книга создана из выделанной бараньей кожи трансформированного облака?!

— Похоже на то. Из облака, пронизанного золотым сиянием некоего верховного божества. Или, если не брать высокие материи, то животворного излучения. Вспомним Данаю, тоже квазигуманоида-цивилизатора.

— Вот я и думаю: как бы нам из этих высоких материй портки сшить. Это если ты, Бастиан, часом не переборщил, лупивши себя по лбу предком Буратины. Фолиант из облачного пергамента, лучащийся божественной энергией… — такое даже я не каждый день придумаю.

— Но я же ничего не придумываю. Я предполагаю, что весь пергамент или его часть, использованная для написания нашей книги, в далеком прошлом был тем самым Золотым Руном.

После того как оно было привезено в Афины, следы его теряются. Вероятно, за давностью лет те, в чьи руки оно попало, не задумывались, что это за штуковина и откуда взялась. Должно быть, Руно хранилось в каком-то святилище, позабытое всеми. Когда же христиане начали рушить языческие храмы, материал пошел в дело. Написать священные тексты новой веры на божественном атрибуте ушедшей эпохи — есть в этом какое-то возвышенное мародерство.

— Погоди, насколько я помню, в Колхиде, в месте изначального хранения Руна, оно даровало богатство и благополучие. С чего бы вдруг в Афинах его засунули в спецхран?

— Дело в том, что Ясон воспользовался колдовскими способностями колхидской принцессы Медеи, чтобы добыть Руно и вывезти его из страны. Но при этом обещал жениться на влюбленной в него красавице. А затем, якобы по воле богов, оставил ее, то есть попросту бросил на произвол судьбы. Зная нрав Медеи, легко можно предположить, что она наложила заклятие, которое, не уничтожая изначальных свойств Руна, сводит с ума смотрящего. Должно быть, афиняне поэтому и спрятали его от чужих глаз.