Игорь Вереснев - Хроники Максима Волгина

– Смотри обожрешься, – хмыкнула Огница, наблюдавшая за процессом неудержимого поглощения.

Но, как говорится, дурной пример заразителен. Не дожидаясь, пока Максим перепробует все виды фруктов, девушка и сама взяла длинную бледно-зеленую кочерыжку. Куснула. И ту же сморщилась.

– Фу, мерзость!

Максим недоверчиво посмотрел на фрукт. Предположил:

– Может, его очистить нужно?

Огница колупнула ногтем. И точно, кожица тотчас поддалась, отслоилась, обнажая ярко-оранжевую мякоть с выступившими на ней бисеринками сока. Аромат по хижине пошел такой, что Максим невольно сглотнул слюну. Девушка лизнула мякоть, потом откусила самый кончик. Подержала во рту, проглотила осторожно. И вторым заходом оттяпала добрую половину.

– Да, недурно. Хорошо эти уродцы устроились. Вкуснее и в Задвери не найдешь. – Она мечтательно прикрыла глаза. – Эх, если б у нас все это росло… А еще лучше – жить тут.

Максим, как раз выудивший из корзины такую же кочерыжку, застыл. С удивлением посмотрел на княжну. А собственно, с чего он решил, что ее следует спасать от лупоглазов? С чего он вообще за нее решать вздумал?

– Послушай… – придвинулся ближе.

Он коротко, не вдаваясь в подробности спора о критериях разумности, пересказал разговор с дочками. Но и всего остального хватало. Огница вытаращила глаза, даже жевать забыла.

– Не поняла, о каких-таких детенышах они хотят заботиться?

– Ну… у тебя же будут когда-нибудь дети.

Княжна икнула, насилу проглотив то, что было во рту. И отодвинулась.

– Ты… ты это специально придумал, признайся? Чтобы меня…

Она попыталась вскочить, Максим едва успел схватить ее за руки.

– Тише! Я ничего не придумывал. И не дергайся, пожалуйста! Я еще не все рассказал. Мне разрешили остаться с тобой только потому, что я им сказал, что мы… жених и невеста. – Он перешел на шепот: – Но они наверняка подслушивают и подсматривают. Если поймут, что их обманули, меня выгонят из этого мира.

Огница хмыкнула натянуто. Но придвинулась к нему вплотную.

– И что нам делать?

– Нужно усыпить их бдительность. А Шур тем временем…

Максим осекся. Девушка смотрела на него. Не дождавшись окончания фразы, поторопила:

– Что должен сделать твой Урмшур?

– Не знаю. Он не сказал. Они же смотрели на нас, ты сама видела! И они понимают каждое слово.

В хижине повисла нехорошая тишина. И выражение лица у Огницы сделалось нехорошим. Она презрительно хмыкнула.

– Макс, ты наивный, как ребенок. С чего ты взял, что этот шерстяной явится тебя выручать? Он же не человек! Он бросил тебя и сбежал. Где твоя карта?

– В сумке. Гуня сторожит…

– Гуня сторожит! – передразнила девушка. – Они забрали твою карту и смотали отсюда.

– Нет, Шур не мог так поступить, – помотал головой Максим. – Он верный друг. И зачем бы он твоего пискуна брал, если бы удрать собирался?

– Чтобы тебя, дурака, обмануть. Не веришь? Так позови его, попробуй.

Связаться с Шуром – это была, конечно, дельная мысль. Максим отвернулся к стене, сдавил пальцами выступ на браслете. Вызов не шел. И могло это означать лишь одно: парного говорителя больше не существовало. Либо его больше не существовало в этом мире…

– Вот видишь, – торжествующе зашипела Огница, – сбежали они! А я тебя предупреждала – не водись с нелюдями.

Максим сидел ошарашенный. Шур сбежал?! Нет, нет и еще раз нет! Он не мог в такое поверить. Не хотел верить!

С минуту они молчали. Затем княжна снисходительно ухмыльнулась, тронула Максима за руку.

– Ладно, чего уж теперь. Давай думать, как нам отсюда выбираться. Если ты не хочешь забавлять лупоглазых, словно зверушка в клетке. Пожалуй, у меня есть план. В следующий раз, когда они сюда заглянут, уговори одного спуститься вниз. И как только он это сделает – бросайся на него. Ты справишься, они хлипкие, хоть и проворные. А я по веревке залезу наверх, утихомирю остальных караульных. Главное – все сделать быстро, чтобы они не успели свои трубки похватать.

Она замолчала, явно ожидая одобрения и восхищения. Но вместо этого Максим спросил:

– А дальше что? Предположим, мы выбрались из клетки. Дальше что делать? Мы же на дереве висим. На очень высоком дереве.

– Ой, там видно будет! В любом случае я здесь не останусь. Я им не курица-несушка! Лучше погибнуть, чем…

Она шмыгнула носом, отвернулась, не закончив фразу.

План, предложенный Огницей, никуда не годился, это Максим понял сразу. Вряд ли они сумеют выбраться из клетки. А если и сумеют? В незнакомом месте, без оружия, не на земле даже, а черт знает как высоко, в самом логове тварей, которые по деревьям скачут не хуже обезьян. Не сбежать им. Разве что зажмуриться – и вниз головой…