Игорь Вереснев - Хроники Максима Волгина

Когда стало понятно, что Древец обречен, князь увел своих подданных в леса. Но и здесь зеленые не оставили людей в покое. Поэтому и сидели на деревьях дозорные, готовые в любую минуту подать сигнал о приближающейся тарелке. Поэтому ходили по окрестностям караульные – на случай, если зеленые начнут прочесывать лес.

Что творилось в других местах Добрии, здесь долгое время не ведали, – с тех пор, как прервалось речное сообщение. Но три месяца назад лесное поселение нашли посланцы короля. Князя, дружинников и уцелевших толмачей король вызывал в свою резиденцию – посланцы сообщили, что где-то в горах построен настоящий пещерный город. И зеленые к нему подступиться пока не могут: вынесенный королем из Задвери огнебой сшибает их тарелки на раз.

– Король?! – в один голос ахнули Максим и Огница, едва стражник дошел до этого места. – Какой еще король?

Впрочем, Максим догадывался, кто мог присвоить себе этот титул. И не удивлялся такому повороту.

– Король Рен-Рендук, правитель Добрии, – тут же подтвердил Букарь. – Да он давно правителем у нас, еще с войны в Задвери!

Итак, три месяца назад князь с дружинниками отбыли из земляночного городка, и больше о них ни слуху ни духу не было. А толмачей здесь еще раньше не осталось – пониматели в человеческих головах криссы чуяли издалека, ни стены замка, ни норы не спасали.

Букарь закончил рассказ, когда они уже были в самом центре поселка. И вдруг оторопело уставился на юношу.

– Слушай, паря, а тебе, пожалуй, нельзя к нам. У тебя ж мозгач сидит!

Его подручные переглянулись. И попятились от Максима, как от зачумленного.

– Маху я дал, – принялся сокрушаться Букарь. – Запамятовал, что ты толмачом был.

– Он же не виноват, что ему мозгач вставили! – накинулась на Букаря Огница.

– Э! Виноват – не виноват, какая сейчас разница? Мы хорониться стараемся, а он мигом сюда зеленых накличет. Уходить ему надо, по-любому. К королю, или еще куда, не знаю. Но отсюда – подальше!

Краем глаза Максим заметил, как стражники снова взялись за луки. Да и не они одни. С десяток жителей лесного поселка собралось вокруг, лица у всех были суровые и в то же время испуганные. Такие пристрелят не задумываясь. Не от злости – со страху. Да только от этого не легче.

– Трусы! – Огница даже слюной брызгала, так была возмущена. – Среди вас хоть один офицер есть? Вы долго по норам отсиживаться собираетесь? Рано или поздно зеленые вас все равно найдут. Лучше биться с ними и умереть в честном бою!

– Не, Огница, – покачал головой Букарь. – Драться мы уже пробовали, лучше прятаться. Может, и найдут они нас, но пусть поздно, чем рано. Смерти я не боюсь, но в тарелку ихнюю, когда ни рукой, ни ногой пошевелить не можешь, – не хочу. Кто их знает, что они там с людьми делают? Может, едят живьем? А то и похуже…

– Трусы!..

– Не нужно, – остановил ее Максим. – Я лучше пойду. Тут криссы меня все равно засекут. – Он обернулся к Букарю: – Где королевский город находится?

– Да кто ж его знает? Тайна!

– А горы хоть где у вас?

– Там где-то. Кажется…

– «Кажется»! – передразнила стражника Огница. Повернулась к Максиму: – Я с тобой пойду, а то заблудишься.

– Нельзя со мной, опасно. Я для криссов как приманка.

– И что? Я тоже приманка, у меня тоже мозгач есть. Пусть прилетают, пусть сунутся!

– Какой еще… – начал возмущаться Максим и осекся. Да, есть у нее мозгач. Не в голове, правда, а в сумке лежит. Но что, если для криссов это без разницы?

Из поселка они ушли, не мешкая. Уже когда минули последний дозор, Букарь догнал их – неужто совесть замучила? – сунул в руки узелок с провиантом: жареный перепел, несколько ломтей солонины, буханка черствого хлеба. О задверской еде в Добрии успели позабыть…

На берегу небольшой речушки они устроили привал – следовало отдохнуть и перекусить. Пока грызли честно разрезанного пополам перепеленка, Огница болтала не умолкая. Строила планы, как дать отпор захватчикам, как выгнать их из Добрии, – один нелепей другого. Максим не спорил, лишь снисходительно кривил губы и помалкивал. В конце концов девушка его взгляд заметила, умолкла на полуслове. Неожиданно покраснев, опустила глаза.

– Макс, прости меня, если можешь. Не надо было в Добрию возвращаться. Лучше бы ты с этим Урмшуром пошел. А тут… какая от меня польза? – Не дождавшись ответа, предложила: – В следующий раз, когда я какую-нибудь глупость попрошу, ты меня не слушай. Надавай оплеух и скажи, что все по-твоему будет. Потому как ты всегда правильно делаешь и правильно говоришь.