Иван Оченков - Мекленбургская принцесса [СИ]

— Ты с ума сошёл, мне же надо собраться, в конце концов. В Москве ведь вообще ничего нет!

Если не вспоминать трагических событий, с которых началось это путешествие, то его можно было бы назвать приятным. Они ехали по землям Бранденбургской марки, останавливались на постоялых дворах, затем двигались дальше. Погода стояла самая приятная, днём уже не было жарко, но ночи ещё не стали холодными.

Болеслав вёл их маленький отряд умело и быстро. Так что спустя четыре дня их мог бы догнать разве что имперский гонец, регулярно меняющий лошадей. Наверное, поэтому беглецы немного расслабились. Во всяком случае, Марта. Они с фон Гершовым всё время ехали рядом, иногда беседуя, иногда просто молча. Им было хорошо в компании друг друга и можно было сказать, что они подружились. Во время одной из остановок удалось приобрести для бывшей камеристки шпагу и ушить одежду, так что теперь она выглядела, как обычный молодой дворянин, путешествующий по своей надобности.

Тем временем, неугомонная Шурка по мере возможности старалась внести оживление в их монотонные будни, то есть, говоря иначе, донимала своих спутников разговорами. Но фон Гершов был от природы молчалив, так что она переключилась на Иржика, тем более, что ехала теперь вместе с ним. Другой одежды им найти в дороге не удалось, а крестьянский мальчик, сидящий вместе с пусть небогатым, но дворянином, вызывал у встречных ненужные вопросы. Ушлая девчонка быстро выудила из слуги, что он коренной пражак, [14] Пражак – так чехи называют жителей своей столицы. поступивший на службу к господину Болеславу в своём родном городе, причём, совсем недавно, когда тот был там по какой-то своей надобности.

Ничего конкретного о делах фон Гершова тот не знал, но говорил, что его хозяин объехал весь город, встречаясь с самыми разными людьми и передавая им письма. Собственно, во время этого они и познакомились. Померанец не знал Праги и нанял разбитного горожанина, чтобы тот служил ему проводником, а когда на господина Болеслава вздумали напасть какие-то местные грабители, молодой человек помог ему отбиться. После этого чешский паренёк был принят на службу, и с тех пор они не расставались. Всё это было жутко интересно, а поскольку других развлечений всё равно не было, она продолжала расспросы, выуживая у слуги всё новые подробности.

— Клара Мария, — не выдержала однажды Марта, — оставь, пожалуйста, бедного Иржика в покое, ты его совсем утомила!

— Ну что вы, ваша милость, — улыбнулся парень. — Мне вовсе не в тягость, отвечать на вопросы её светлости. Оно и вправду сказать, дорога очень уж однообразна и скучна для такой маленькой девочки. Ой, вы уж не взыщите, что я так назвал нашу принцессу!

— Ничего, Иржик, — воскликнула Шурка, — я тебе разрешаю. Только, раз уж я одета как мальчик, то может, не стоит называть меня Кларой Марией или принцессой?

— И как же прикажете вас называть? — усмехнулся поравнявшийся с ними фон Гершов.

— Ну не знаю, зовите меня Александром, что ли!

— Отчего именно Александром? — удивилась мать.

— А почему тебя называют Мартином? — вопросом на вопрос ответила девочка.

— Но это имя похоже, да и мне проще на него откликаться.

— А псевдонимы, если скрываешься, надо подбирать так, чтобы они совсем не напоминали прежнее имя!

— Это ещё почему?

— Ну, вот смотрите, наши враги ищут молодую женщину по имени Марта с девочкой Кларой Марией, и если они узнают, что проезжал молодой человек, которого зовут Мартин, это может навести их на подозрение. А Александр на Клару Марию – совсем не похоже, так что никто не догадается!

— Можно подумать, вашей светлости приходилось скрываться большую часть своей жизни, — усмехнулся фон Гершов.

— Сколько её, той жизни, осталось, — печально вздохнула Шурка, вызвав смех у своих спутников.

Берлин был уже совсем близко, когда преследователи их всё-таки отыскали. Теперь трудно сказать, как им это удалось, но, то ли Бопре оказался хорошим следопытом, то ли им просто повезло, но они ухитрились понять, что трое мужчин, путешествующих с мальчиком – это и есть цель их поисков. Правда, двигаться большим отрядом было опасно, поэтому главарь разбойников отослал большую часть своих людей, продолжив преследование вместе с французом и всего лишь четырьмя подручными.

Похоже, у фон Гершова за годы странствий развились инстинкты, поэтому он первый почуял опасность, когда их маленький отряд стали нагонять шестеро конных путешественников.