Андрей Белянин - Ученица царя обезьян [litres]

– О-о, начинается… Я ведь уже извинилась…

– Неужели только ради того, чтобы ты побрила волосы ТАМ?! О, если бы! Злая усмешка судьбы, капризной, словно прекрасная наложница императора в сложные для женщин дни обновления крови, не позволила тебе побрить волосы ТАМ! А это значит, что все страдания царя обезьян на этом пути, который изначально был лишён всякого смысла, и вовсе оказались напрасными!

– Да-да, – кивнула заскучавшая блондинка. – А потом тебя ещё сбил паровозик.

– Да! Потом меня ещё сбил злобный демон, овладевший детским самодвижущимся экипажем! Он подкрался сзади, ухватил меня за ногу и, повалив носом в снег, начал таскать за собой, пытаясь размозжить мои кости, чтобы окрасить белый снег алой кровью Сунь Укуна на потеху детишкам! Но я не сдался ему! И вот мы сидим в харчевне, где всё так напоминает мою страну, мой мир, в который я, быть может, никогда не вернусь. А ты говоришь мне, что на меня что-то нашло?!

– Ага.

– Да не знаю я, что на меня нашло, – вдруг совершенно спокойно решил китаец, в искреннем недоумении пожимая плечами.

– В смысле?! – заорала блондинка. Официантка, поставившая на стол чайник и две чашки, ойкнула, предупредив, что заказ будет готов через десять минут, и поспешила уйти. – То есть ты всё это сейчас высказывал просто так?! Или ты высказался, тебя отпустило, и думаешь, что я буду терпеть?! Да знаешь что?!

– Что? – оскалив зубы, спросил царь обезьян.

– Теперь я понимаю, почему твой учитель пел такую песню! Потому что ты невыносим! Или, по-твоему, он должен был после всех твоих выходок петь: «Сунь Укун, Сунь Укун, как же ты хорош»? – пропела она на мотив песенки, которую пару минут назад исполнил ей китаец.

– Мне нравится. – Он самодовольно улыбнулся и щёлкнул пальцами. – Знай же, женщина, теперь всякий раз, когда ты захочешь ругать царя обезьян или просто подумаешь обо мне плохо, ты будешь петь эту чудесную, весёлую и правдивую песенку, восхваляющую Великого Мудреца, Равного Небу.

– Да щас! – хохотнула Ольга. – Облезешь! Да я тебе вообще… э-э… кхм… Сунь Укун, Сунь Укун, как же ты хорош! – внезапно заголосила она на весь ресторан. – Великий Мудрец, Равный Небу, прекрасный царь обезьян! Ничто не сломит твой дух! Никому не удастся тебя победить! Учи меня своей мудрости, мой досточтимый учитель!..

– Простите, вы не могли бы не петь и говорить потише? – прошептал ей на ухо подошедший официант. – Вы здесь не одни, другие гости пугаются.

– Извините… – сдавленно пискнула блондинка. – Это что сейчас было? – тихо спросила она у китайца.

– Женщина, чтобы слышать, раскрой уши. Я же сказал тебе: всякий раз, когда ты захочешь ругать царя обезьян или просто подумаешь обо мне плохо, ты будешь петь эту чудесную, весёлую…

– Я слышала! – оборвала его Ольга. – Ты издеваешься?! Ты что, наколдовал там что-то?!

– Пей чай, женщина, – улыбнулся Сунь Укун. – Чай здесь… сносный.

Надувшаяся девушка достала телефон, красиво поставила чашечку к чайнику, сфотографировала в трёх ракурсах и открыла Инстаграм:

«Ну класс! Этот псих что-то там наколдовал, и теперь, когда он меня бесит, я непроизвольно начинаю петь дебильную песенку: «Сунь Укун, Сунь Укун, как же ты хорош!» Какие у меня должны быть нервы? Как можно так издеваться надо мной?!

Нет, ну вообще-то я тоже задала жару. Отель, который я забронировала, оказался в такой дыре, что мы еле дошли туда. Я вообще не подозревала, что у нас в городе есть такое захолустье. Мы дошли до горы! До горы!

И отельчик этот не сразу нашли. Там был тако-о-ой морозильник! Думала, заледенеем. Пришлось спать в обнимку с моим китайским товарищем (кстати, ничё так ощущения, оказалось приятно даже. Хотя поначалу его запах был резковат, но я быстро принюхалась). Главное – тепло!

А утром мы пошли на шугаринг. Его ещё снегом обкидали по дороге. А потом оказалось, что моя мастер накосячила и сожгла пасту, так что мне завтра снова на шугаринг идти. Он когда узнал – даже не орал. Я вообще думала, не инсульт ли с ним какой-нибудь – сидит себе спокойненько, не дышит даже. Но потом отошёл. Пошли к цирку, я ему хотела фонтан показать, так его там детский паровозик сбил!

Детский! Как такое могло быть?!

В общем, сидим в «Мандарине». Это типа компенсация ему за страдания. Еду китайскую заказали, ждём вот. Пьём чай».

Девушка нажала кнопку «Поделиться», перечитала текст и просмотрела прикреплённые фотографии: гора, Сунь Укун, лежащий в снегу под колесом паровозика, чай. Потом открыла предыдущее фото и просмотрела комментарии под текстом: