Андрей Круз - Двери во Тьме

– Я бы ставки на это делать не стал, – засмеялся я. – Уйти он ушел, но вот куда… это очень большой вопрос. Я бы поставил на то, что куда-то прямо во Тьму. Но это лично мое мнение. Так что сразу остерегу вас от излишнего оптимизма: там пока все друг за другом бегают, интригуют и даже убивают, но вот самого предмета интриг пока не видно. В реальности, по крайней мере.

– Точно? – опять уставился он мне в глаза.

– Я тебе завтра чуть подробней про это расскажу, так что… погоди пока с надеждами – там все очень-очень сложно.

Вода была холодная, я выпил весь стакан в два глотка: после Горынычевой настойки что-то сушняк навалился.

– Вот еще что… ты с человеком в Углегорске связаться можешь? Точнее, даже не в Углегорске, а в Захолмье, он теперь там, скорее всего.

– Могу, не вопрос. Кто нужен?

– Тенго Абуладзе, знаешь такого?

– Кто его не знает, – усмехнулся Сергей. – И что передать?

– Что повидаться бы хотелось, если у него время найдется нас навестить.

– Без проблем. Искать-то вас где?

– В «Купеческой» пока живем, а дальше видно будет. Постараемся жилье какое-нибудь найти. Реально вообще?

– Вполне, – кивнул он. – Хочешь, могу поручить поискать. На северной стороне, слышал, пара домиков в аренду сдается – мужик один отстроил. Уточнить?

– Если не трудно.

– Да не, чего трудного, – отмахнулся он. – Завтра с утра и поручу. Ладно, – сказал он, большими глотками допив пиво, – мне ехать надо. Во сколько завтра?

– А во сколько ты можешь? – спросил я у него. – Мы теперь все время свободны.

– Давай я… – он задумался, что-то прикидывая, – давай я ровно в два за вами в гостиницу заеду. И на Бродвее поедим, в «Сибири». Годится?

– Вполне.

– Тогда до завтра, – поднялся он со стула и протянул мне руку. – И вот еще что: поберегитесь пару дней, особо по городу не шляйтесь: мало ли кто следом за вами прискачет!

– Хорошо.

На этом и расстались. В последнем он прав, но при этом мне кажется, что особой угрозы сейчас нет. Почему? Да потому что у противника нашего людские ресурсы должны быть сильно ограничены. А ведь мы за последнюю ночь десять человек убили. Это много. А еще идут аресты. И кто-то просто побоится высовываться. А кто противник? Получается что-то вроде «устойчивой преступной группы», пусть и со своеобразной целью, причем такой, которая в городе особо не засветилась. А большая банда засветилась бы наверняка – просто потому, что полезла бы на глаза, пытаясь себя прокормить.

Есть у них какие-то люди и в Сальцеве, их следует учитывать, но при этом учтем и то, что существует правило «не гадить где живешь». Если начнут про нас справки наводить – узнают, что мы с Сергеем. А Сергей, как он сам только что сознался, работает на Болотова, про которого даже я успел услышать. Болотов держит и порт сальцевский, и торговлю по реке, и базар, и много чего еще. Местные борзеть так не станут – беспредельщиков здесь давно вывели, а не беспредельщики без серьезной поддержки на такое не пойдут.

Ниточка у меня к ним одна – Могилевич, которому крыша «хозяин карьера». Решится этот самый «хозяин» Егор пойти на такое обострение? Вот так сразу – глубоко сомневаюсь. Если и решится, то после долгой подготовки, чтобы сделать все по-тихому. Можно вспомнить фокус с фургончиком и сидящей в нем тварью, но мы поодиночке пока ходить не будем. А не поодиночке и с оружием – слишком велик риск провала. И отобьемся, и машину срисуем, а то и вовсе…

Могу и ошибаться, разумеется, но для меня картина пока так выглядит. Но по одному все же не ходим.

Потом вспомнил про документы, что снял с убитого, достал из сумки, поглядел. Занин Игорь Константинович, старший оперуполномоченный управления городской безопасности Углегорска. На фотографии скуластое злое лицо, короткие волосы, нос чуть набок сбит. Ни разу не жалко, но все, обратно лучше не соваться. Живем теперь здесь, кажется.

Вчера из осторожности никуда так и не пошли. Посидели в гостиничном баре, который был совсем неплох. Но посидели хорошо, долго, сытно, а мы с Федькой еще и пьяно. До самого закрытия заседали за самым дальним от входа столом, уделив внимание чуть ли не каждому пункту местного меню – пусть не слишком обширного, но все же вполне приличного.

Отходняк после пережитого пока нас не отпустил, все были вялыми, даже сонными, даром что полдня проспали. Разговор тек лениво и ни о чем – о делах почти не говорили: грузиться не хотелось. Разошлись по комнатам, когда бар закрылся.