Кирилл Мамонтов - Хронокорректоры

Макаров добавил назидательным тоном:

– Помимо того, мы сохраним в строю не менее восьми незначительно устаревших кораблей типа «Осляби», «Севастополя», «Сисоя Великого». Таким образом, русский флот будет вдвое превосходить японцев как по числу броненосцев, так и по количеству стволов основных калибров.

Кажется, адмиралы были озадачены, обнаружив, что молодые нахалы отнюдь не сражены столь неотразимыми доводами, но продолжают упорствовать в своих еретических заблуждениях. Между тем Роман, усмехаясь, начал отвечать по пунктам:

– Легко понять, что японские корабли, заложенные нынешней осенью и зимой, будут построены британскими фирмами за два, от силы за три года. К тому сроку мы сможем ввести в строй лишь корабли уважаемых господ капитанов… – он показал на Григоровича и Щенсновича, – остальные же броненосцы, подобные «Цесаревичу», русские заводы лишь заложат на стапелях или, в лучшем случае, спустят на воду. Таким образом, даже с учетом «Пересветов», Россия сможет сосредоточить на Дальнем Востоке пять новых линейных кораблей против шести японских броненосцев. К японским броненосцам следует присовокупить как минимум такое же число броненосных крейсеров, превосходящих по скорости, защите и весу бортового залпа как устаревшего «Нахимова», так и три «Громобоя» с их несуразным расположением артиллерии в бортовых казематах.

– Вы полагаете, что японцы начнут войну, едва получивши новые корабли? – озабоченно насупившись, осведомился Макаров.

– А чего им ждать, уважаемый Степан Осипович? Уверяю, не станут они ждать. Получат корабли, потренируют экипажи – и нападут. Хоть у самой Кассандры спросите – то же самое ответит.

У него пересохло во рту, и Рома отхлебнул несколько глотков остывшего чая. Воспользовавшись паузой, Гога произнес очень плохие слова по поводу легких броненосцев, которые пока строились – при участии мамаевского предка – на Балтийском заводе. «Ослябя», «Пересвет» и «Победа» задумывались быстроходными, но слабенькими, с десятидюймовыми пушками вместо двенадцатидюймовых. Получались то ли хилые броненосцы, то ли перетяжеленные крейсера.

Господа адмиралы и капитаны ответили шквалом возражений. Пришельцы из будущего услыхали, что не понимают глубины стратегического замысла. Похоже, морякам и кораблестроителям не хотелось признавать ошибку, сделанную несколько лет назад, когда какому-то высокому чину понравился британский проект. Грубый и несдержанный князь Лобханидзе-Шадури так и сказал без обиняков:

– Понимаю ваш замысел. Как обычно, решили скопировать английский прототип. Вот и взяли за образец «Ринаун».

Предупреждая назревшую перепалку, Роман подхватил:

– Между тем сами британцы от подобной конструкции отказались и приступили к серийной штамповке очень сильных больших броненосцев.

Непрерывно приводя множество чисел, он показал, что заложенные в последнее время британские корабли, как и строящиеся по японскому заказу четыре броненосца типа «Сикисима», имеют увеличенные размерения, водоизмещение до 15–16 тысяч тонн, паровые котлы на них ставят водотрубные вместо огнетрубных, что позволяет развивать скорость свыше 18 узлов. К тому же гарвеевская броня позволяет уменьшить толщину стальных плит, то есть закрыть большую часть борта, а число шестидюймовок доведено до четырнадцати.

Как и следовало надеяться, Крылов отреагировал первым и подтвердил, что увеличение размеров и водоизмещения повышает запас плавучести, то есть для потопления новых «японцев» придется потратить больше снарядов. Затем он осведомился недоверчиво:

– Простите за нескромный вопрос, Роман Витальевич, но вы уверены в правильности названных вами цифр? Неужели британцы строят японцам такие большие броненосцы?

– Данные точные, батоно профессор, – заверил его Георгий. – Вот послушайте наши записи…

Он лихо читал по тетрадке, перечислив английскую серию из шести «Канопусов», уже частично спущенную на воду, следующую серию типа «Формидэбл», и сообщил о планируемом строительстве броненосцев типа «Бульверк». С каждым новым проектом увеличивались размеры и быстроходность, однако вооружение оставалось практически тем же.

Выслушав подозрительно осведомленного князя, Кутейников обратил на Григоровича вопросительный взгляд. Капитан 1-го ранга, до недавнего времени служивший в Англии морским агентом, то есть атташе, попросил разрешения взглянуть на записи в тетрадке. Внимательно изучив конспекты, скачанные Гогой из Интернета сотню с лишним лет спустя, моряк странно посмотрел на хронокорректоров и сказал: