Борис Царегородцев - Арктический удар

– А он много знает о подводной лодке?

– О самой лодке почти ничего, так как просидел взаперти. А вот кто они и откуда и что было с Германией, знает.

– Вот видишь, еще одна головная боль, не могут эти потомки держать язык за зубами, на хрен надо было ему все выкладывать. Эту проблему надо решить, вытрясешь из него все, что знает, и…

– Так точно.

– Все, свободен.

Кабинет Сталина

Через час Берия был на приеме у Сталина.

– Что сам-то думаешь по этому поводу, Лаврентий? Ты уверен, что это не происки наших врагов? – поинтересовался Сталин, выслушав доклад Берии о странниках из будущего.

– Я, товарищ Сталин, думаю, что это точно наши потомки. Ни немцам, ни другим подобное провернуть не под силу. Но и наши ученые пока не могут объяснить данный феномен.

Сталин прохаживался по своему кабинету с неизменной трубкой в руке, обдумывая что-то важное.

– Теперь все прояснилось с этими загадочными событиями на Севере. И кто топит немецкие корабли, и кто помог захватить фашистский тяжелый крейсер. Это, оказывается, наши потомки, каким-то неизвестным способом попавшие к нам. Никакие не марсиане, не представители эмигрантских кругов. И тем более не наши враги с их кознями.

– Так что будем делать с ними, Лаврентий, как поступим?

Берия понял, что Хозяин уже сам все решил и теперь просто интересуется его мнением, совпадет ли с его собственным или нет.

– Товарищ Сталин! Я думаю, нам надо воспользоваться таким случаем и привлечь потомков к борьбе с немцами. Их лодка просто напичкана различными приборами и механизмами, не говоря об оружии, которого в ближайшие годы ни у одной страны мира не будет. Если все это нам удастся воспроизвести… Кроме того, их знания по другим вопросам нам также понадобятся.

– А как думаешь хранить это в тайне? Сколько человек в курсе?

– Всю правду знают только шестеро, включая нас. Видели лодку еще четверо. Кто-то что-то слышал, и таких, конечно, гораздо больше. Но мы распустили слух, что нам на помощь пришли наши соотечественники из бывших. Многие поверили в это.

– А как немцы и наши союзники отреагировали?

– От союзников пока никакой реакции не поступило, кроме поздравлений по поводу захвата «Шеера» от американцев и полного недоумения, как нам это удалось, – от англичан. А вот немецкая разведка проявляет активность.

– Ты, Лаврентий, приложи все усилия, чтобы ни немцы, ни союзники об этом всей правды не знали. И вообще, пусть об этом знает как можно меньше людей. Я думаю, все они заслужили награды. Кроме того, надо принять этих людей в ряды наших вооруженных сил. Где они сейчас находятся?

– Они снова ушли в море к берегам Норвегии. С ними вышел и начальник бригады подводных лодок Северного флота капитан первого ранга Виноградов.

– Как ты думаешь, зачем они ушли в этот поход?

– Я думаю, все еще хотят доказать, что они на нашей стороне.

– Не скупитесь на награды, надо, чтобы и они поверили нам.

Капитан первого ранга Виноградов

Мало того что Виноградов был поражен всем увиденным на лодке, так еще и вышел на ней в боевой поход. Пришельцы собираются координировать действиями его подчиненных, которые тоже вышли из базы в море на коммуникации противника.

Еще во время разгрузки судна они признались, что прибыли из будущего, а точнее, из июля 2012 года. Они здесь и решили помочь выиграть войну немного раньше, хотя бы на полгода. Они показали свою удивительную подлодку. Правда, не все показали, но и этого хватило, чтобы понять, как далеко шагнула наша наука и техника. После экскурсии мы направились на транспорт, куда доставили пленных немецких летчиков с мешками на голове для того, чтобы те ничего не видели. Еще мы узнали, что где-то у нас сидит шпион или предатель, естественно, они сами о нем ничего не знают, их только послали проверить полученную информацию о том, что в бухте Медвежьей находится секретная база подводных лодок, которыми командует таинственный Ламипет. И туда Советы отправили конвой с продовольствием и боеприпасами. Но они не успели ничего разведать, их сбили, чем сбили, они не поняли, так как разрывов зенитных снарядов не было, не было также трассеров, ни пулеметных, ни от малокалиберных пушек. После того как что-то попало в крыло и оба двигателя загорелись, они сразу выпрыгнули, пока под ними простиралась земля, понимая, что до своего аэродрома не дотянут. После этого их оставили в покое, понимая, что от стрелков мало толку.

На другой день после неполной выгрузки торпед пришельцы начали отстрел учебных торпед. Отдав концы и отойдя от судна на пару кабельтовых, погрузились на перископную глубину и начали отстрел. Через два часа испытания завершились; как сказал потом командир лодки, они ожидали худших результатов, но все нормально. После этого, догрузив остальные торпеды, стали готовиться к походу.