Борис Царегородцев - Арктический удар

– ПС-9, – представил нам это детище отечественного авиапрома Красильников.

Рядом с самолетом находился автомобиль под охраной бойцов НКВД, с которого перегружалось наше имущество. Везли мы в Москву немало, почти у каждого свой персональный ноут, мобильники, хотя в этом времени они для нас игрушки – ни позвонить, ни эсэмэску отправить, есть, конечно, две-три полезные функции: проигрыватель, камера, диктофон с калькулятором. Кое-кто захватил цифровые фотоаппараты и видеокамеру, решили запечатлеть достопримечательности эпохи. Диверсанты наши прихватили немалый арсенал вооружения и техсредств, для себя и для изучения. Каждый кое-что вез предкам – от авторучки до ноута. Прихватили и немало оборудования с подлодки для исследования и последующего производства. После взлета к нашему суперлайнеру пристроилось воздушное прикрытие в виде двух пешек и четырех И-16. Еще бы, мы и наше оборудование – самое ценное в этом времени, и оно должно быть доставлено в целости и сохранности по назначению. Вот почему такой большой эскорт. Через час полета четверка И-16 повернула назад, так как дальности долететь до Архангельска они не имеют. С нами остались только пешки. Четыре часа из Мурманска до Архангельска летели в жутком холоде, хорошо, хоть дали нам тулупы, а то на конечном пункте нашего героического перелета выбросили бы из самолета девять свежемороженых тушек. А еще в каждой воздушной яме опасались за содержимое своих желудков. Как будто их специально понарыли для нас, или это летчики старались залететь в каждую. В Архангельске я взмолился перед Кочетковым, чтобы дальше везли поездом и больше в этот сарай с крыльями под расстрелом не полезу. Кочетков сказал, что дальше полетим с комфортом и показал на другой самолет, поодаль. Это лицензионный ДС-3, а по-нашему Ли-2, как нам сказал наш знаток авиации Красильников. Да! До нашего комфорта, какой был даже на Ан-24, тут как пешком до Луны, не говоря о последующих в будущем авиалайнерах. Мы еще почти пять часов болтались в воздухе, именно болтались, не так, как до Архангельска, но все равно трясло основательно. Одно радовало, не так холодно, что значит прогресс авиастроения.

В Москве на аэродроме нас посадили в два представительских автомобиля и с эскортом из двух машин с охраной повезли в Москву. Мы ничего толком не рассмотрели. Привезли в какой-то особняк, как я понял, наша ВИП-тюрьма. Особняк двухэтажный в маленьком саду, огороженном высокой металлической оградой.

На первом этаже кухня, два санузла, ванная и душ раздельно, две комнаты, поменьше – для обслуживающего персонала, побольше – для охраны. Нам отвели второй этаж, где мы заняли три комнаты из пяти. Сказали, можно отдыхать, еда на кухне уже приготовлена, завтра у всех очень напряженный день. Предупредили, чтобы язык держали под замком, тут мы для всех спецгруппа, готовившаяся для ответственного задания, и никто ничего не должен знать.

Мы, конечно, вымотались с этим перелетом, так что после позднего ужина все завалились спать, за исключением Володьки Смоленцева. Он остался охранять наш сон, так, на всякий случай. После него очередь Гаврилова. Эти оба успели выспаться в самолете, не помешали ни холод, ни болтанка, ни тем более шум моторов. Утром нарисовался капитан и еще пара каких-то субъектов.

– Так, товарищи командиры, сегодня для некоторых очень напряженный день, надо многое успеть сделать. Первое: завтракаете. Потом садитесь за стол, где приготовлена пронумерованная бумага. Каждый пишет подробно, что можно применить сейчас в войне с немцами. Капитан-лейтенант Буров, вы поедете с сержантом в техотдел флота, поможете там разобраться с вашим подарком. Доктор поедет в Первый московский медицинский институт, там его уже ждут. После обеда заеду, заберу ваши записи.

Итак, два наших товарища убыли, будем надеяться, что их знания принесут пользу. Разойдясь по двум пустым комнатам, мы засели за работу. На первый взгляд взял и написал о том, что знаешь, и как это применить. Однако не все можно применить, технологий не существует. Надо выбирать и предлагать пока то, что можно запустить в производство в ближайшие год-два. Нет, это я не о себе, а о своих товарищах по несчастью. Мне, кстати, немного легче, у меня только даты и факты исторических сражений, морских и сухопутных. Состав, вооружение, место дислокации, действия противоборствующих сторон. Конечно, и тактико-технические данные вооружения. Вот я и стал писать анализ этих битв, которые произойдут в ближайшие полгода, максимум год, и как надо бы поступить в свете тех знаний, что имели мы, пришельцы из будущего, чтобы избежать таких огромных жертв, которые произойдут, если не изменить историю.