Олег Измеров - Дети Империи

За дверью послушался стук каблучков.

– Кушанья поданы, герр Виктор может идти ужинать! – пропела фройляйн Лиза.

Столовая была более светлой комнатой, чем кабинет и библиотека, с отделкой стен шелком серо-стального цвета и кофе с молоком. Посредине стоял длинный стол с закругленными концами, возле которого разместилось восемь стульев; на стене напротив этого стола висело зеркало в деревянной раме, покрытой сусальным золотом, и такой же позолоченный резной пристенный столик с цветами. Кроме этой мебели, был старинный резной сервант, несколько кожаных кресел у журнального столика и приземистый шкафчик консольной радиолы, которую фройляйн Лиза включила и поставила долгоиграющую пластинку с мягкой релаксационной музыкой. Звучание агрегата оказалось сочным и приятным, и даже легкие шорохи и щелчки придавали ему некую ностальгическую душевность. Испытание сладкой жизнью продолжалось.

Принимаясь за еду, Виктор подумал, что фрау Вайс, незаметно трудившаяся на кухне, вне всякого сомнения, достойна благодарности и поощрения в приказе. Сделанное ею мясо в горшочках по-орловски просто приводило в состояние умиления. Дополняли ансамбль простые, но с любовью приготовленные салат из свеклы с черносливом и маленькие гречневые блинчики с икрой. К вспотевшему от холода графинчику с водкой Виктор решил не притрагиваться – не испортится, начнешь «для аппетита», а от безделья тут потихоньку и спиться можно. Неизвестно еще, сколько здесь торчать.

Фройляйн Лиза вошла как раз в тот момент, когда Виктор заканчивал трапезу.

– Не пожелает ли герр Виктор еще чего-нибудь к столу?

– Нет, спасибо, все просто изумительно. В СС всегда ищут путь к сердцу мужчины через желудок?

Лиза заливисто рассмеялась:

– Разве путь к сердцу мужчины всегда так прост?

– Женщинам виднее.

– Герр Виктор еще поработает в кабинете, желает прогуляться или принять ванну перед сном? На всякий случай я постелила в большой спальне.

– Вы необычайно предупредительны, Лиза. Давайте я хоть помогу вам посуду помыть. Кухарка, наверное, уже ушла.

– Нет-нет, не надо, эта работа входит в контракт. На кухне у нас моечная машина.

– Тогда, пожалуй, гулять я не буду, а ванну с дороги приму.

– Тогда я пошла готовить ванну. Вам добавить хвои или розовых лепестков?

– Спасибо, не надо, я сам там выберу и сам приготовлю. Не лишайте меня этого удовольствия.

– Как герр Виктор прикажет, – улыбнулась Лиза и унесла тарелки.

Виктору вдруг пришло в голову, что, пожалуй, ему не стоит оставлять артефакты и верхнюю одежду вне поля зрения. Куртку они, правда, забрали… ну, ладно. В конце концов, вряд ли он будет говорить с фюрером в китайской куртке. А вот насчет остального… мало ли что они ему прицепят. Может, рейхсфюрер просто решил Гитлера убрать. Скопируют по образцу костюм из взрывчатой ткани, или в мобилу тетрил засунут, или яды какие… А потом спишут на козни МГБ. На фиг, на фиг. Лучше никому в руки не давать. Если что – у меня инструкция держать вещи при себе, и не колышет…

Ванна была достаточно приличных размеров; чтобы повесить костюм, Виктор взял свободные плечики из гардероба.

– Позвольте мне отнести ваш костюм в спальню, – прощебетала тут же появившаяся рядом фройляйн Лиза, – а сюда принести халат из гардероба. Герр Виктор предпочитает шелковый или махровый?

– Не надо, спасибо. Халат – это, конечно, очень удобно, но я решил после ванны немного походить в своем костюме.

Лиза сделала недоуменное лицо.

– Как герр Виктор прикажет… Но я могла бы его погладить.

– Спасибо, не надо. Я так привык.

– Может, герр Виктор не доверяет прислуге и боится оставить свою одежду?

– Да я-то доверяю. Как бы это объяснить… В общем, у меня приказ: одежду в чужие руки не отдавать. Почему – не знаю. Но приходится выполнять. Такой вот орднунг. Унд дисциплин.

– О, я поняла, приказ нарушить невозможно. Я только хотела как лучше.

– Все нормально. Если вы понадобитесь, я вас позову.

– Конечно. Если я понадоблюсь слишком поздно и буду уже спать, когда меня позовут, герр Виктор может зайти в комнату и разбудить. Дверь не будет заперта.

– Вы не боитесь не запирать дверь на ночь?

– Здесь некого бояться, в доме на ночь только вы и я.

– Хм… вы же можете оказаться неодетой.

– Но герр Виктор тоже может оказаться неодетым.

– Логично… – пробормотал Виктор и подумал: «А ведь похоже на то, что она совсем не против того, чтобы к ней ночью зашли. Неужели в этой реальности польские красавицы такие легкомысленные? Или в рейхе теперь признак хорошего воспитания – порадовать горничную?»