Олег Измеров - Дети Империи

– Ну идет так идет, – согласился Виктор. – Раз даме нравится, пусть так оно и будет.

– Да, а вы, кстати, по профессии кем будете?

– Инженер-механик. Но доводилось и в радиопромышленности работать, счетно-решающую технику обслуживать. На «Искре» вашей как-то был.

– Серьезно? – воскликнула Таня так, что Виктор уже всерьез заподозрил, не поет ли она в заводском джазе. – Так нам даже очень сейчас инженеры нужны, только возьмут не каждого. Это я могу переговорить с Алиной Павловной, а она переговорит с Семибратовым, а он потом…

«Ну вот, еще один вариант трудоустройства», – констатировал Виктор. Правда, изначально без документов туда соваться смысла не было, а потом как-то само в свою сторону закрутилось… Интересно, а у них в общаге все такие молодые, бойкие и красивые, как эта Таня? И действительно все так страстно горят знакомиться?

– …Но зато какие льготы по квартирным кредитам! Такого нигде не найдете. И садик новый будут строить, и заводскую поликлинику, и даже санаторий свой под Жуковкой в плане соцразвития стоит! И за это вкалывать стоит.

– Ну вкалывать нам не привыкать. Сколько себя помню: «Мы там, где ребята толковые, мы там, где плакаты «Вперед!», где песни рабочие, новые, страна трудовая поет…» [17]

– Здорово! Это Маяковский, верно?

– Не помню… может быть.

– Вы знаете, у нас же задание в этом году срочно ширпотреб осваивать, АРТы.

– Это те, которые… – И Виктор сделал жест, словно прикладывал мобильник к уху.

– Именно, и вот под них людей будут много набирать. Правда, выпускать будем не сами, которые… – Таня повторила жест Виктора, – а атээры, автоматические станции к ним. Вы же, наверное, читали, наши выкупили у американцев за картины патент на целлуларную схему расположения автоматических станций; вот их на местности поставить, как будто сотами, и где бы человек ни был, его АРТ найдет ближайшую и соединится. Американцы еще смеялись, дескать, АРТы будущего не имеют, и они потому разрабатывают видеотелефоны в автомобилях. А я считаю – американцам что, там ведь каждый на своей машине ездит, а у нас и пешком ходят, и в трамвае – надо маленький телефончик, чтобы в кармане носить. Пусть даже без видео…

«Ба, да это случайно не на Нинину абстрактную живопись патент фирмы Белл купили? Ну Нинон! Ну сексуальный символ Брянска и всего советского народа! Ну молодец баба. И пойдет из Брянска по всей планете сотовая связь».

– Отличная идея. Надо подумать, не попроситься ли к вам. Чтобы сделать специально дамский телефончик, вот таких размеров, – Виктор показал пальцами, – и чтобы раскладывался, как пудреница.

– Ой, шутник! – Таня взвизгнула от смеха и на миг ухватила Виктора за рукав. – Но время уже позднее, я спать иду. А насчет остального не забудьте. – И, подмигнув, она ускользнула за дверь купе.

– Да, теперь все, кто хочет выдвинуться, из Москвы на периферию едут, – рассказывал Осмолов, прихлебывая из стакана горячий утренний чай. – Ну разве что в искусстве только – крупные театры, художественные школы, студии, консерватории – это в столице. Но это тоже ненадолго.

Они уже сдали постели. За окном плыли окна многоэтажных домов и проносились встречные электрички. Радио пиликало веселые песни про столицу. Только что умывшиеся подружки с «восьмерки» завтракали напротив, наполняя купе свежестью взоров. Все вокруг дышало каким-то предвкушением радостной встречи с чем-то неизвестным, но очень приятным.

В купе зашла проводница в хорошо подогнанном по фигуре прикиде. Белый торжественный китель со все теми же ложками-погончиками подчеркивал стройность стана, бедра облегала юбка миди цвета морской волны, чем-то похожая на ту, что носили когда-то стюардессы, слегка прикрывавшая икры в чулках того же цвета; туфли из соображений практичности все же были на низком каблуке. Она вернула командированным их билеты и спросила, не нужно ли еще чаю, «а то уже скоро подъезжаем».

– Хорошо, что в пятьдесят первом железнодорожникам новую форму ввели, – заметил Осмолов, когда она вышла, – эта гораздо лучше смотрится, чем раньше. Особенно когда парадная.

– Слушай, Тань, а пора нам всем цехом коллективное письмо в Кремль писать, чтобы и для нас какую-нибудь форму придумали, – толкнула в бок подругу Света. – Заметила? Как только женщина в форме, на нее сразу же глаз кладут.

– Ну на вас и так нельзя не обратить внимания, – смягчил ситуацию Виктор. – И вообще наши брянские девчата красивее всех.