Владимир Кучеренко - Серая эльфийка

Снова щелкнула мышеловка, как бы намекая, что в мастерских действительно неплохо было бы завести упомянутое мной животное. Вновь покормил сойку.

Так, на чем я там остановился? Ах да, на моей кошечке. Первый раз со мной такое происходит: знаю девушку только третьи сутки (причем половину этого времени либо дрых, либо находился без сознания), а такое впечатление, что знаком с ней целую вечность. Как я раньше без нее жил?

Вдруг захотелось сделать милой какой-нибудь милый сюрприз. Как-то порадовать и приятно удивить. Вытащил из ящика стола несколько чистых листов, заточил простой карандаш и принялся лихорадочно строчить. Сочинялось легко, только постоянно приходилось возвращаться и что-нибудь зачеркивать, исправлять, дополнять, заменять, совершенствовать.

Время пролетело незаметно. За окном уже стемнело, когда, переписав последний вариант на чистовик, я еще раз прочел то, что у меня получилось:

Найденова Липа

Кажется, придумала, как поступить. Незадолго до ужина, не привлекая излишнего внимания, я посетила хижину местного знахаря.

– Здравствуйте, дядюшка Йурэн, – отвесила я приветственный поклон хозяину.

– И тебе не хворать, дочка, – проскрипел в ответ старик и закатился таким кашлем, что меня одолели сомнения: а стоило ли приходить?

После нескольких глотков отвара, поднесенных мной в ковшике, знахарь вновь заговорил:

– Не сомневайся, Олика, чем могу – помогу. Кашель этот вызван не хворью, а приобретенной в молодости дурной привычкой курить трубку. Сейчас с годами пришло осознание того, насколько сильно привязался к этой «соске». Считай это единственным недугом, с которым я не в силах справиться.

Действительно, табаком разило еще на подходе к избе.

– Бросить курить довольно легко – я уже двенадцать раз бросала, – пошутила я.

Старик сначала не понял, а потом расхохотался. Боясь, что смех снова перейдет в захлебывающийся кашель, перешла к делу:

– Дядя Йурэн, мне необходима помощь в одном весьма деликатном деле. Честно говоря, стыдно даже говорить о нем.

– Не стесняйся, дочка. Обещаю, никто ничего не узнает, – сразу стал серьезным лекарь.

– Просто у меня, как бы потактичнее выразиться, переваренная еда застряла где-то на полпути к выходу. Живот болит, сил нет терпеть. Найдется у вас травка какая, способствующая скорейшему выздоровлению?

– Не надо так мудрено говорить, Олика. Я все понял – у тебя запор, – поставил диагноз Йурэн, я покраснела и закивала, – наверное, объелась всухомятку чего-нибудь. Сейчас заварю поносянку – и делов-то.

Услышав название лекарственного растения, я прыснула от смеха.

– Можно сама дома заварю? А то боюсь не добегу – травка ведь сильная?

– Еще какая! Половину ложки на котелок – и действительно не успеешь… Гхм, в общем, держи, – сунул мне засушенный пучок знахарь, – остальное прибери, может, потом когда пригодится.

– Благодарю, дядюшка Йурэн, – вновь поклонилась я и помчалась домой.

Так, какая там доза? Три ложки, надеюсь, хватит. Засранкой в прямом смысле слова я становиться не собиралась, а вот в переносном – именно таковой себя и чувствовала. Потому как задумала дружков моих несмышленых чайком «с сюрпризом» перед дорогой угостить. Чтобы забить вкус, быстро сунула в корзинку наготовленные заранее булочки с корицей и изюмом. Отцу сказала (договорились родителям врать одинаково), что пройдусь с парнями за грибами.