Владимир Кучеренко - Серая эльфийка

И опять архимаги показали себя достойно. Крайтис применил заклинание связывания, после чего черный завис в воздухе. Нет, он не замер и продолжал отчаянно махать крыльями. И вроде бы даже летел, но на одном месте. Хаэлхар сразу же выставил вперед посох и выкрикнул:

– Морфа катана гаусс!

Сорвавшаяся с палки молния поразила тварь в хвост, обрубив кончик. Это придало сил дракону, и тот еще активнее задвигал крыльями. Светлый архимаг удержал невидимую нить (скорее всего, трос или канат), но по скатывающимся по лицу струйкам пота я видела, как тяжело ему это далось.

– Морфа катана гаусс! – повторил верховный дроу.

Вторая молния прожгла в крыле огромную дыру, но черный продолжал набирать скорость (теперь даже колибри хватил бы от зависти инфаркт – настолько быстро замахал крыльями горе-динозавр). Вымотанный Крайтис ослабил хватку, и дракон начал медленно удаляться.

– Продолжай, надолго меня не хватит! – прокричал светлый архимаг коллеге.

– Не могу быстрее – у светового луча откат пятнадцать ударов сердца, – пояснил Хаэлхар.

Некоторые из колдунов тоже попытались дотянуться своими разрядами до чудовища, но дальность и мощность их лучиков не шла ни в какое сравнение с силой высшего мага.

– Морфа катана гаусс!!

Третьим ударом дроу попал в спину. Теперь дракон задымился и изменил тональность рева, что сделало чешуйчатого похожим на подбитый «мессершмитт». Тем не менее расстояние увеличивалось. Невероятно, какой живучий организм. Еще немного – и чудище превратится в ворону, потом в воробья, затем в маленькую черную точку, а потом и вовсе исчезнет.

– Больше не могу, – тяжело дыша, промолвил Крайтис.

– Морфа катана гаусс!

Очевидно, Хаэлхар переволновался, потому что на этот раз вовсе промахнулся. Дракон разорвал заклинание связывания светлого архимага, и тут же скорость его полета возросла в разы. Обреченно мы смотрели вслед спасшемуся ящеру.

– Уже не дотянусь, – с грустью развел руками главный дроу.

Я обвела взором присутствующих: удавившиеся на привязи кони, около сотни кучек пепла, оставшихся от сгоревших эльфов, столько же мертвых наполовину сожженных тел и гораздо большее количество стонущих от жутких ран. И что? Все зря?

Под нижними ресницами собралась влага, накопилась в уголках глаз и потекла вниз по щекам, оставляя мокрые следы. Только теперь я словно очнулась ото сна. До этого все происходящее мне представлялось чем-то вроде увлекательной компьютерной игры. Или весьма реалистичного сна. Наконец до меня дошло, что здесь и магия, и драконы, и смерть – все по-настоящему. Что нельзя в любой момент отключиться и вернуться домой, к родителям, брату, друзьям. Неизвестно, когда увижу их всех, и увижу ли вообще когда-нибудь. Сейчас эти эльфы – моя семья. Семья, лишившаяся за считаные мгновения десятков молодых жизней. Некоторые из них умерли прежде, чем успели понять, что же такое жизнь. А их убийца остался безнаказанным и уже почти скрылся за горизонтом.

Горестное отчаяние охватило меня. Бешено заколотилось сердце. Не понимая, что делаю, я выхватила у Хаэлхара посох, направила его в уже едва различимого вдали дракона и повторила:

– Морфа катана гаусс! Морфа катана гаусс! Морфа катана гаусс!

Три молнии одна за другой попали в цель. На небосклоне – в том месте, где только что был черный, – засияло второе солнце и, оставляя яркий след, упало в чащу леса. Эльфы замерли и удивленно посмотрели на меня. А я зарыдала в истерике…

Сергей

Шеф выдал зарплату, премию и новогодние подарки, однако согласился уволить меня (как я и предполагал) только после того, как отработаю положенные по кодексу две недели. Мотивировал он это тем, что накануне праздников людей и так не хватает. А тут еще придется искать мне замену. Но после того как я отказался от премии, сошлись на том, что сегодняшнее дежурство последнее, а утром могу «забирать трудовую книжку и катиться на все четыре стороны». Меня это устраивало.

Пост достался в университетских мастерских, которые, несмотря на будний день, пустовали. Правильно, занятий-то нет – зачетная неделя в самом разгаре. Действуя согласно инструкции, я сделал обход по внутреннему двору, проверил все замки, функциональность телефона, освещение объекта и состояние сигнализации на верхнем этаже здания. После этого зафиксировал в журнале время принятия дежурства, доложил старшему смены и отпустил сонного сдающего. Ну что ж, предстояли сутки одиночества. Как раз есть над чем поразмыслить.