Дмитрий Щёкин - Страна городов

Добавил ору и чуть было не перевел в межполовую свалку с отрыванием конечностей Ким-младший, предложив «Девок не брать, а привести им всем женихов из ближайшего – ежели не найдется поблизости племени обезьян, на худой конец – питекантропов, так как они (женщины) от них недалеко ушли, и своим присутствием оскорбляют строгое человеческое общество…»

Что тут началось… бедного Кима назвали незаконнорожденным синантропом, Елка запустила в него подвернувшейся под руку миской, а попала в лоб Сергею Степину, и бедный малый рухнул без звука на песок с камня, на котором сидел до этого, не принимая участия в перепалке.

Чувствуя, что накал страстей достиг предела, за которым могут пойти уже нежелательные последствия в виде синяков и раздрая в нашем обществе, я заорал:

— Молчать!!! Все будет так, как я решу, и без дебатов, попрошу вас. Разорались, хуже первобытного стада.

Пойдут оба Кима, Игорь, который у нас Терехов, а не Светланкин, Костя и Сергей, который Степин, и Семен – из парней. Девчата – Иринка и Елена. Все. Старший – я, за меня останется Эльвира. Готовность к выходу – через неделю. До выхода я приму у каждого зачет по владению кистенем, луком, щитом и кхукри.

— Теперь о том, ради чего есть смысл вообще затевать все эти экспедиции. В изоляции мы загнемся очень быстро. Мы можем многое дать окружающим людям, научить их хоть бы и части того, что умеем сами, вернее, обучить тому, что знаем. А учиться выживать в здешнем мире будем вместе с ними. Наши знания и умения помогут им, и они могут научить нас многому – если найдем общий язык. Я очень хочу, чтобы нам повезло – и мы внесли свой вклад в развитие человечества. Если ж нет – то по крайней мере, можно вспомнить Джефферсона – «Стремитесь всегда исполнить свой долг, и человечество оправдает вас даже там, где вы потерпите неудачу.» Наш же долг, как его я понимаю для нас – не замкнуться в себе, а постараться сделать свою жизнь лучше вместе с людьми.

Дополнительно к имевшимся у нас орудиям смертоубийства за пару дней мы смастерили, пожертвовав пару ветвей от тиса, пару же арбалетов. Первый вариант, использованный на свинячьей маме, приказал долго жить почти сразу – после одного выстрела, потому что не рассчитали длину и материал плеч. С учетом ошибок сделали еще два. Их тоже можно было бы отнести скорей к категории аркбаллист – довольно крупное орудие с размахом плеч около полутора метров, с медной системой блоков посылало болт с наконечником из меди, около кило весом, на дальность до ста метров прицельно, а дальше – дальше мы не меряли. Пробивная сила была тоже хороша, мы меряли, стреляя в сосну на двести шагов – болт вошел, примерно на тридцать сантиметров из пятидесяти общей длины. Коллектив конструкторов-изготовителей, применив спуск шпенькового типа на данную «вундервафлю», остался доволен шедевром. Изначально орудие, как и первый вариант, предназначалось для охоты из засады на очень крупных копытных, типа лося или бизона, которые по всем признакам водились в этих местах и в эти времена, но раз поход – значит, будет исполнять роль полевой артиллерии в походе.

Перед уходом я вызвал Светланкина к себе и озаботил его следующим заданием.

— Значит так, любитель-пчеловод ты наш древнекаменный.

— Я не пчеловод!!!

— Станешь, значит. Ты где пчел наловил, чадо?

— На лугу на противоположной части острова.

— Светланкин, медведя на тебя нет – ты им прямой конкурент – вредитель… уничтожаешь сборщиков меда! В общем, так. Изготовишь, пока нас нет глиняные ульи – горшки примерно полметра высотой, с летком внизу, крышкой вверху, и попроси девчат сделать легкие сеточки – от насекомых. Посмотришь, куда летят к вечеру насекомые – есть реальный шанс, что у нас на острове в дубовой роще есть дикий улей. Сейчас примерно время вылета ульев, можно попробовать поймать рой и тогда мы будем с медом. Что это такое – понимаешь сам.

— Ну да, сладенького хочется – надоел березовый сироп до желтых чертей…

— А почему желтых чертей?

— А он по цвету такой…

— А, ну да. Ну, ты понимаешь – надо по возможности это дело сделать побыстрей. Все равно, пока напарник твой в походе, особо в мастерской не потрудишься. Привлеки еще Ромика, он, кажется интересовался пчелами – я слышал, как он ребятам о повадках пчел рассказывал, по какому поводу – не помню. Хорошо?

— Хорошо, Дмитрий Сергеевич – я попытаюсь, самому интересно.

До дня выхода, кроме подготовки к нему, надо было и обезопасить постоянный лагерь. Обустроили еще пяток арбалетов-самострелов поменьше под навесами на местах, удобных для высадки, снабдили их небольшим запасом стрел и козьими ногами для взвода, так что стоило поняться тревоге – отряд быстрого реагирования на месте возможной высадки имел надежное дальнобойное оружие, которое не нужно было тащить к месту событий. Вероятность использования арбалетов против нас мы оценивали как исчезающе малую. В этом мире до такого оружия не додумаются, по крайней мере, тысяч пять-десять лет, до времен Древних Греции и Персии. У греков появились дошедшие до нас в описаниях гастрафеты, есть разрозненные данные о наличии подобных в армиях персов и других регулярных воинских формированиях. Славяне использовали простые самострелы – устанавливали их на звериных тропах, вплоть до наших времен, и при защите крепостей. По типу славянского мы смастерили и эти – дуги с блоками из дубовых шкивов, тетива толщиной два миллиметра плетеная из волоса и крапивного волокна «столбиком» вокруг основы из конопляной нити и простейший спусковой механизм в ложе из двух досок, служащих и направляющей – вот и вся премудрость.