Вячеслав Дыкин - Гусариум (сборник)

– Однако вы спасли нам обоим жизнь, – заметил поручик.

– Да, наверное.

– Тогда нам надо уходить.

– Погодите… что это? – Рабочий, задержав поручика, замер.

В конце улицы, над деревянным домом неожиданно взметнулось алое пламя. Послышался грохот, и по улице навстречу им покатились горящие брёвна.

– Бежим! – повысил голос Мякишев. – Туда!

Дождавшись Савелия Игнатьевича, он, прихрамывая, свернул в переулок. Тут пока было тихо, но в воздухе уже витал запах горящего дерева. Савелий Игнатьевич, тяжело дыша, прислонился к стене и пробормотал:

– Кажется, теперь я понимаю, что чувствуют звери при лесном пожаре. Много у нас времени?

– Думаю, несколько минут, – ответил Мякишев. – Мы не можем идти на запад – там французы. Юг и восток теперь тоже отрезаны. Значит, остаётся север.

Рабочий кивнул. Они двинулись через сад и прошли между двух церквей, а потом впереди показался двухэтажный дом с колоннами. И небо над головой как будто расчистилось. Рабочий уже вздохнул спокойно – и тут впереди на улице появилось нечто. У Савелия Игнатьевича и слов не нашлось, как это назвать. Он просто увидел, что в воздухе двигается «пятно»: всё, что попадало за него, на секунду становилось размытым.

Пятно почти пропало на фоне светлой стены дома. А потом снова появилось, уже у деревьев. Оно было совсем рядом.

– Мякишев! – крикнул Савелий Игнатьевич. – Глядите, там!

– Вижу! Мне это тоже не нравится.

Рабочий выхватил маузер и, поколебавшись, прицелился. Когда до пятна оставался десяток метров, рабочий выстрелил. Пятно замерцало и превратилось в невысокую фигуру человека, одетого в чёрное. Человек удивлённо поднял на них глаза, словно впервые увидев. В руках у него был какой-то прибор.

Савелий Игнатьевич ещё раз нажал на спуск. По радужной плёнке, как по воде, пошла рябь. Пуля не причинила человеку никакого вреда. Теперь, когда их разделяло несколько шагов, рабочий ясно видел: у человека была короткая стрижка «ёжиком», под одеждой выделялись мускулы, а за спиной покачивалось что-то вроде рюкзака.

Человек в чёрном усмехнулся и вскинул руку, в которой было зажато что-то вроде небольшого утюга. Савелий Игнатьевич почувствовал слабость во всём теле и рухнул на дорогу.

Он очнулся в тёмном помещении. Сквозь узкое окошко пробивался луч света, бивший прямо в глаза. Пахло пряными травами и печной золой. Руки за спиной ныли от боли.

Оглядевшись, Савелий Игнатьевич понял, что сидит, привязанный, на стуле. Рядом заворочался поручик – он был в таком же положении. Мякишев поднял на него мутные глаза и невнятно спросил:

– Где мы?

– Не знаю, – ответил рабочий.

– На кухне, – подсказал из-за спины женский голос.

Савелий Игнатьевич, вздрогнув от неожиданности, обернулся. На третьем стуле, чуть поодаль, сидела молодая женщина в странном тёмном комбинезоне с множеством кармашков. На вид ей можно было дать лет двадцать пять. Русые волосы завязаны в хвост, чёлка растрепалась, на лбу темнел синяк.

Её руки, так же, как у них, стянуты за спиной.

– Кто вы? – растерянно спросил Мякишев.

– Наталья, – женщина вяло улыбнулась. – У вас, наверное, фигова туча вопросов, да? Вы ведь тоже не отсюда, правда?

– Я не совсем вас понимаю… – начал Мякишев, но Савелий Игнатьевич его перебил.

Раздражённо повернувшись к женщине, рабочий сказал:

– Послушайте, барышня… Если вы что-нибудь знаете – говорите прямо, а не ходите вокруг да около. Откуда взялось это мерцающее пятно? И почему на вас такой же костюм, как у того странного человека?

– За барышню спасибо, – Наталья рассмеялась. – Значит, угадала. Вас занесло сюда случайно. Судя по одежде, конец девятнадцатого века. Я угадала, верно?

– Нет. Чуть-чуть ошиблись, – Мякишев сдержанно улыбнулся в ответ. – Апрель восемнадцатого года.

– Надеюсь, я ни от чего важного вас там не оторвала? – спросила Наталья.

– Ну, не так чтобы…

Рабочий и поручик переглянулись.

– Погодите… – Мякишев резко выпрямил спину. – Что значит «не оторвали»? Вы хотите сказать, что это вы каким-то образом занесли нас сюда?

– Ну, не совсем, – смутилась Наталья, – хотя в некоторых группах есть чудики, которые так всерьёз утверждают. Просто у меня доступ к дешифратору. Вадик и Сергей прикрывают… Точнее, прикрывали группу. Зону для обмена выбирала тоже не я. Но джойстик держала я, если вы об этом… Прошу прощения, если чуть криво выражаюсь. – Она пожала плечами.

– Скажите, барышня…

Наталья обернулась, и Савелий Игнатьевич помедлил.