Михаил Михайлов - Мутаген

Собравшись стаей, эти создания становятся куда опаснее, но особенную эффективность группа приобретает, когда ею руководит «гастролер». Забавная на первый взгляд зверушка, отдаленно напоминающая степного суслика. Только у суслика этого длинные зубы, изогнутые когти и повышенная ядовитость. Если цапнет – кирдык, причем мучительный! Мало того, он способен, издавая вопли в ультра– и инфразвуке, как управлять «змееволками», так и туманить разум прочих существ. И людей в том числе… Среди искателей давно заведено: «Увидишь «гастролера», поднявшегося на задние лапы и завывающего, – убивай сразу!»

Девушка засмотрелась было на разворачивающееся побоище, но я и Штырь, понимая, что задерживаться тут ой как не полезно, погнали отряд дальше, желая побыстрее удалиться от выясняющих отношения мутантов. Пусть без нас разбираются, кто выше стоит в пищевой цепочке.

Все, оторвались… Отзвуки яростной грызни остались там, позади, растворившись в прочих шумовых фонах Мутагена. Ну а мы свернули на новую тропку, неоднократно проверенную, а потому не таящую очень уж поганых сюрпризов.

– Уф, – отер лицо один из охранников, – тяжко что-то так брести, словно давит не пойми что.

Насчет давления я был с ним согласен. Сам при появлении в Мутагене ощутил на себе воздействие всей той отравы, рассеянной в воздухе. Складывается ощущение, что ты находишься под воздействием невидимого гипнотизера, старательно перемешивающего твои мозги и внутренности. Это ощущение понемногу спадает, или просто к нему привыкаешь через часок-другой нахождения здесь. Оно становится неотъемлемой, но все же отслеживаемой частью жизни.

– Ты забрало лучше захлопни, – посоветовал ему Штырь. – Мутаген, он шутить не любит, особенно с такими, как ты, только что в гости зашедшими. Подхватишь ненароком какую заразу, и все.

– Что все?

– Все – пишите письма. Сдохнешь, вот что.

Штырь нисколько не преувеличивал. Случалось, что очередной искатель подхватывал пакость, сводившую его в могилу. Было замечено, что поражались или новички, пробывшие здесь меньше месяца, или туристы, вроде тех, что шли сейчас со мною. Да, туристы. В моем мозгу они ни на кого другого не тянули.

Охранник последовал совету моего помощника и захлопнул забрало. Дальше мы шли молча и без происшествий. Примерно через три часа я стал нервничать. Все складывалось чересчур гладко, а так не бывает. Если взять за аналогию компьютерные игры, то можно ситуацию описать так: если на всем пути все чисто и спокойно, то это значит только то, что главный и самый мощный монстр притаился в конце пути.

Мои терзания были замечены безопасником, который придвинулся поближе и тихо спросил:

– Что-то случилось?

– Наоборот, – хмуро отозвался я. – Все идет подозрительно тихо и гладко. Такого не бывает.

Тот только пожал плечами, на его взгляд, все было не так уж и тихо. Одних неподвижных мутантов уже с десяток обошли и пару раз пережидали в кустах, прячась от стад «прыгунов». Ах да, еще «носорог» протащился ленивой поступью, но на нас внимания почему-то не обратил.

Я собирался обойти химзавод по широкой дуге и выйти к самому краю болот. Дорога не самая легкая, но тут можно было не ждать встреч с бандитами, которые могут польститься на костюмы группы. Схватка с ними при наличии в составе группы новичков и пары вовсе не обстрелянных мне не улыбалась. Мутантов на выбранном мною пути было немало, но особенно опасных не замечали, а с «мелочью», вроде тех же «змееволков», должны справиться без особенных проблем.

– Умник, – неожиданно окликнул меня Штырь, – подойди на минутку.

– Что там у тебя, – спросил я напарника, дав сигнал к остановке, – увидел нечто подозрительное?

– Да. На моем «визоре» промелькнул подозрительный сигнал, словно некто идет по нашим следам. Метрах в трехстах позади, засек почти случайно. Сейчас ничего не заметно, но на глюк не похоже. Лучше перестраховаться.

«Визор» Штыря был той еще штукой. Искатель не пожалел денег и смог добиться от техников Грани того, что этот девайс ловил сигналы чужих «визоров» на расстоянии до полукилометра, указывая их местоположение на карте, что высвечивалась на экране. Почему гранильщики сделали ему такую прелесть? Да были… определенные долги, которые принято платить. Зато и содрали с моего приятели по самое не балуйся. Оно и понятно, одни биокомпоненты из препарированных морферов тянули не на одну сотню штук. Так что на руке у Штыря красовался форменный раритет – эффективный, дорогой, предмет зависти понимающих людей.