Вера Чиркова - Бегущие по мирам

– Неправильно, – заявила я, – все было не так. Я предложила им сыграть, они согласились. Добровольно. Договорились о ставках, и я выиграла.

– Во что вы играли? – не выдержал Сегордс.

– В прятки. Я прятала Зулиса.

Терезис фыркнул, старательно подавляя смешок, остальные нервно зашевелились.

– Дело не в том, во что они играли, – облил коллег суровым взглядом Викторис, – а в том, что мы всячески стараемся расположить к себе простых людей, вселить в них веру в нашу справедливость, а одного такого случая самовольной расправы достаточно, чтобы пробудить в них страх и неуверенность. И есть еще один очень важный аспект. Таресса не считает нужным консультироваться с коллегами по ковену и спрашивать совета или объяснения у старших, хотя бы у напарника. И это очень опасный признак. Маги, ощутившие свое могущество и пошедшие по этому пути, очень скоро обретают манию величия и становятся впоследствии тиранами.

Вот про тиранов он мне мог бы не разъяснять. Мало того что мы их по истории изучали, да и по работе я неизменно сталкивалась с этой темой, так еще и мой папа очень любил вечерами рассказывать рабочим про взлеты и падения империй, про гениальность и безумство тех, кто жизнь положил, чтобы стать единоличным властителем целого мира. И я еще лет с двенадцати, размышляя о смысле жизни, твердо решила для себя, что не стоит даже мечтать о такой глупости, как власть над миром.

Но в одном с Викторисом была согласна: именно с ощущения вседозволенности или мнимого всемогущества все и начинается. Оставалось только сообразить, как сделать так, чтоб и в их светлых головах больше не возникало насчет меня таких темных подозрений. И похоже, выход был только один.

– Я думаю, все мои ошибки оттого, что у меня до сих пор не было учителя. Терезис, а ты еще не говорил эргу Викторису, что я уже выбрала себе учителя? – произнесла я так жалобно, как только могла, не может быть, чтобы этот артист не понял и не подыграл.

– Я не имею права, – строго посмотрел на меня Тер, едва уловимо ухмыляясь, – объявлять это вместо тебя. Тем более, пока ритуал не проведен, ты можешь в любой момент передумать.

– А как мне сказать или попросить? Заявление нужно писать?

– Нет, – настороженно поглядывая на Терезиса, пояснил глава ковена, – достаточно при всех спросить выбранного в учителя, согласен ли он. А потом уже совет примет решение.

– И долго он его будет принимать? – наигранно надула я губы, слишком уж рьяно они вдруг за меня взялись. – Я уже сколько тут, а учителя все нет…

– Объяви свой выбор, – не выдержал Терезис. – Думаю, решение не затянется.

Я медленно обвела взглядом их лица, нарочно на секунду с сомнением вглядываясь в каждое, потом остановила взгляд на Хенне и спросила:

– Хенна, ты согласна стать моим учителем?

– Да, – не думая ни секунды, произнесла она, – но только не учителем, а наставником. Ты в своей области достигла большего, чем я об этом знала, и тебе можно хоть сейчас присваивать звание мага третьего, высшего круга. А законы может объяснить и наставник, зато можно не проводить полного ритуала согласования. Мы с тобой взрослые люди и, чтобы не вешать на себя лишние щиты, вполне можем обойтись без обоюдного контроля. Правилами ковена такое предусмотрено.

– Ты неплохо подготовилась, – неодобрительно буркнул Викторис, – но не забывай, что полная ответственность с наставников не снимается.

– Я помню, – спокойно кивнула головой магесса. – Какое решение примет совет?

– Я согласен, – первым откликнулся Терезис и хитро ухмыльнулся, похоже, мое решение обрадовало его ничуть не меньше, чем остальных.

Но рассуждать, какие у него были для этого причины, я сейчас не стану, ни за что не стану. Иначе может вылезти что-нибудь новенькое, а мне пока хватает и старых проблем.

– Я согласен.

– Я тоже.

Маги проголосовали так дружно, что мне умилиться захотелось – ну надо же, в кои-то веки наши интересы полностью совпали.

Как выяснилось через минуту, радовалась я рано.

– Магесса Хенна объявляется твоей наставницей! – важно заявил мне Викторис. – Ритуал проведем вечером, а пока можешь идти заниматься своими делами, у нас еще важный вопрос.

Хенна сразу посмурнела, Терезис поморщился, как от зубной боли, Сегордс устало вздохнул. Похоже, дело их ожидало действительно важное… и неприятное. Интересно, что же это может быть?

– А какой вопрос? – не выдержала я и умоляюще уставилась на наставницу. Неужели у нее хватит силы воли отказать мне в ответе?