Виктор Шайди - Иероним

Черный плащ пришлось снять, очень уж выделялся на фоне зеленой травы. Доспехи снимать не решился. Повалялся на весенней влажной земле, основательно перемазавшись грязью вперемешку с молодой травой. Накинул сверху тоненькую накидку из маскировочной сети, предусмотрительно взятую из рюкзака и спрятанную под плащом еще в шатре, чтобы не вызывать и так недоевшие расспросы воинов.

Выйдя к опушке леса, я лег и по-пластунски принялся продвигаться в сторону неприятельского лагеря. Сырая земля охотно приняла в свои вязкие, пахнущие весной и талым снегом объятия. Вся хитрость маскировки заключается в терпении. Двигаться нужно медленно, сливаясь с ландшафтом. Останавливаться часто и замирать надолго. Потом осторожно, практически не поднимая головы, осматриваться, намечая дальнейший путь движения. Пока ждешь, поднимается трава, примятая телом, и за тобой не остается видимого следа. Терпение, терпение и никакого волнения – вот ключ к успеху скрытого наблюдения. Я замер, выжидая тянущееся время, и в голову пришла шальная мысль: «Что, если попробовать новые возможности днем?!»

Подобравшись к лагерю метров на пятьдесят, я затаился. Расслабился – и переход в нужное состояние получился быстрее, чем в прошлый раз. Мир обрушился снежной лавиной, прыснув красками, запахами и звуками. Хлынувший поток информации чуть не разорвал голову. Тупая боль сдавила виски огромными тисками. Стараясь не шевелиться и подавив первое желание обнять лысый череп и помассировать, лежал и терпел. Яркие сполохи вспыхивали в глазах, терзаемых невыносимой резью. Запахи обострились до предела, раздражая нос. Мучения длились недолго, и мозг наконец справился с необузданным потоком поступающих сведений. Боль понемногу утихла. Нахлынувшие шумы стабилизировались, и я обрел контроль над новыми чувствами. Мир предстал во всем весеннем великолепии.

Подкрадываться к лагерю больше не нужно. Обостренное зрение позволяло отчетливо видеть мух, круживших над пленниками, а слух различал даже звон их трепещущих мелких крылышек. Передать словами мое удивление и ощущения от созерцания мира днем глазами вампала – невозможно. Неописуемо и больше чем превосходно.

Жаль, не догадался раньше! Не пришлось бы, теряя время, вжимаясь в весеннюю землю, подбираться близко к лагерю!

Постепенно успокоив эйфорию чувств, принялся за наблюдение.

Пленники копали посреди лагеря большую яму, рядом лежали пять начинающих синеть трупов. Хорошо одетый воин отчаянно спорил с человеком явно торгашеского сословия. Я стал свидетелем очень интересного и занимательного разговора.

– А я вам говорю, отдых необходим! Мы до господина не доведем и пары доходяг! – горячился торгаш.

– Не страшно, ничего с ними не случится! Не надо было покупать дешевых, тогда бы не дохли как мухи! Времени задерживаться на день нет! С меня виконт шкуру спустит! – спорил воин.

– Что ты понимаешь в торговом деле? Зато взяли больше оружия и снаряжения, которое тоже необходимо твоему господину! А если бы так не спешили, то и людей привели бы больше!

– Виконт Артир с нас обоих шкуру спустит, если вовремя не прибудем в Хариф и не привезем оружие для воинов! Ты знаешь, они с бароном собираются пройти через Дикий лес и, пока перемирие с племенами, предъявить права на крепость! По слухам, там еще хранятся богатства герцога!

– Один день ничего не решит! Рабы немного отдохнут, больше доведем. В шахтах работать тоже кому-то надо! За зиму много подохло. Сам знаешь, виконт сказал, что людей надо побольше!

– Надо было и брать получше! Тогда бы и дошло побольше! А не этих доходяг!

– Так тут и до города осталось три перехода! Самый трудный отрезок пути прошли, надо дать отдых. Может, останемся на день?

– Знаю, о чем печешься! Видать, прибыток имеешь?

– Договоримся? – не отставал торгаш.

Эти двое долго спорили и сошлись на двух монетах серебром. Командир отряда спрятал деньги в кошель и пошел по лагерю, отдавая указания на продолжение отдыха до утра. Грамотно выставленные часовые зорко следили за пленниками и за прилегающей к лагерю территорией.

Сразу видно – подготовленные люди.

Полежав пару часов, насладившись буйством красок и запахов, но больше ничего интересного не узнав, я потихоньку отполз обратно в лес. Маневры заняли довольно много времени. Оказавшись в спасительной тени деревьев, наконец смог встать и размять затекшие мышцы. Холод весенней земли пробрался сквозь доспехи и надежно спрятался внутри тела. Пришлось отключить отнимавшие последние силы обостренные чувства и срочно принять меры по обогреву продрогшего организма. Ничего лучше не придумав, выбрал полянку поудобнее и принялся за като.