Григорий Рожков - Американец. Неравный бой

Ну вот и поговорили. Зашибись вообще! Только хуже стало. Даже есть расхотелось, пойду спать – утро вечера мудренее, может, что пойму. Перед тем как отправиться в объятия к Морфею, с отвращением почесал жуткую щетину и мысленно выругался. Ну и фиг с ней, не один я такой «усатый-бородатый»…

Утро воистину мудренее! Особенно раннее, когда солнышко еще только намечает свой подъем из-за горизонта… Желудок взвыл всеми голосами неисправных двигателей! Организм нагло разбудил сильнейшим чувством голода. Питаться надо! Я, видишь ли, вчерашний день – как модница, разгрузочным сделал. Только глаза открыл, а меня прямо-таки затрясло с голодухи. Особенный организм – особенные потребности. Все хорошо заживает? Будьте любезны поставлять энергию и стройматериал в больших количествах и своевременно. Нарушил сроки – помучайся маленько, может, поумнеешь, Артур! Хорошо, хоть никто не успел схомячить мою вечернюю пайку. Однако, кроме часовых, никто бы ничего не съел, сон все еще крепко держал в своих объятиях нашу сборную братию.

Словами не описать тех сонных взглядов, что сошлись на мне во время приема пищи. Ну, извините, господа-товарищи, что разбудил, но я есть очень хочу… Да, ем холодную тушенку руками прямо из консервной банки, куда заблаговременно раскрошил пару галет. Да, непрезентабельно, вот вас так припечет – поглядим, кто хуже выглядеть будет. Ну да, чавкаю по-свински, говорю же, ем я.

– Мнам… Фу фто? Мнам-мнам… Подъем, товарищи, через пятнадцать минут выдвигаемся. – Ну вот поели, можно и поспать… Тьфу ты, то есть повоевать!

Скажу откровенно – накаркал я, как самая позорная ворона! Ой как накаркал! Повоевать, значит? Ну, хавай полной ложкой, товарищ первый лейтенант!..

Нет, поначалу все было поистине прекрасно!

Спокойно проехали между Рудней-Антоновской и Антоновкой. Ехали как на пикник – солнышко светит, вокруг нетронутая природа, свежий воздух. Лепота!

Издалека понаблюдали за ленивыми фрицами, разворачивающими ремонтную базу. Копошатся гансики, копают-строят-маскируют, трудятся, в общем. И тут мы, нагло, не таясь катим мимо. Я даже помахал им рукой! А они весело поприветствовали в ответ. Непуганый народ, видать, думают, что мы польская разведка или что-то типа того… Ой лохи! Мимо вас злые диверсанты промчались, а вы им ручкой машете. Утю-тю! До первого удара штурмовиков вы такие веселые и беззаботные.

После этого момента укрепилось и без того стойкое чувство, что раз вчера мы без труда ехали по оживленной дороге и сегодня сделали «ручкой» немцам, то можно чуточку расслабиться и обнаглеть. Поэтому мы выехали на шоссе в сторону Калинковичей, пристроились за колонной грузовиков и спокойненько катили с ними почти до самого города. Вдалеке, на юге, громыхала канонада. Сильные отзвуки взрывов подогревали надежду на легкий и быстрый прорыв. Ежели там сражение, то кто-то наступает. А значит, полно дыр во фронте! Из-за этой самой канонады лица у каждого встречного-поперечного были угрюмые и глубоко задумчивые. Так что ни мы, ни наш транспорт интереса не вызвал. Смотрят на меня, торчащего над бортом машины, окидывают взглядом мой головной убор (рогатывку я все же надел, лишняя маскировка не помешает), потом смотрят на БТР и забывают, на что сейчас смотрели! Клянусь, я офигел от того беспрецедентного наплевательства, излучаемого всеми встреченными противниками. Не приходит им в голову, что так нагло могут себя вести и враги, лихо мчащиеся к свободе!

Завидев впереди город, мы свернули на проселок в южном направлении. Изначально была мысль объехать Калинковичи с севера и двигаться по направлению Малые Автюки – Глинная Слобода, но раз у Мозыря идет сражение – едем туда. Чем черт не шутит. Может, укроемся где, а наши-то сами и придут. Так что свернули с дороги и поехали на юг. Путь срезали – и избежали опасности встретить фельджандармерию или какой-нибудь КПП у города.

Ага, от одной беды ушли, зато другую встретили!

Лесная дорога, петляя, провела нас мимо деревни Ситня и километров через шесть вывела прямо на шоссе в сторону Мозыря. Небо впереди затянуло пеленой черного дыма, словно кто разжег сигнальный костер: «Здесь опасно!» Но опасность не страшит, опасность – наш выход. А вокруг гигантского кострища, словно мошки или стервятники, вьются десятки самолетов. Там грохочет война, идет большая битва. Добраться бы туда!..

Однако у войны другое мнение. И кое-что ожидает нас гораздо раньше – на обочинах, по обе стороны шоссе, широкой лентой пролегающего до самого Мозыря, стоят грузовики!